Он взял меня за руку и быстрыми шагами повел прочь от машины. Очевидно, он хотел увести меня от остальной компании. Я была благодарна ему за это. Но Рейчел и Джордж потянулись за нами.
- Здесь надпись на болгарском языке, - Саймон показал мне на памятник у подножия высокой лестницы. – Может быть, ты разберешь, что это значит.
Читать по-болгарски гораздо легче, чем понимать устную речь. Я перевела надпись. Мне понравилось, что в Болгарии люди с благодарностью вспоминают русских солдат, отдавших свою жизнь за свободу чужой страны. Неугомонный Саймон повел меня наверх, там была башня с музеем. Он все время крепко держал меня за руку, опасаясь, очевидно, что мне опять станет плохо на такой высоте. С вершины этой башни можно было видеть долину по другую сторону перевала, и красота этого места заставила меня совершенно забыть о любовных переживаниях. Саймон и на этом не успокоился, а привел меня к пушкам – фотографироваться. Рейчел и Джордж отстали от нас еще по дороге в музей. Саймон сделал пару снимков и внимательно посмотрел на меня.
- Вот теперь ты выглядишь лучше. Не стоит так расстраиваться из-за Стива.
- Но как...
- Милая Эйприл, да у тебя на лице все написано. Тебе об этом никто не говорил?
- Саймон, мне совершенно все равно, с кем Стив крутит романы, - тут мой голос дрогнул.
- Это не романы, Эйприл. Он же молодой и здоровый мужчина, поэтому готов иногда поразвлечься с очередной жертвой, которая сама идет к нему, как кролик в пасть удаву. Я не могу осуждать его за это. Я лично не встречал ни одной женщины, которая осталась бы равнодушной к его чарам. Сначала вы, представительницы прекрасного пола, на все готовы, чтобы он обратил на вас внимание, а потом рыдаете. А он ведь один такой на свете и не может осчастливить всех женщин, которые этого жаждут. Он еще подростком был, а женщины не давали ему проходу. Даже в школе он не мог от них спрятаться. Хотя, кто его знает, может быть, и не пытался.
- Ты учился с ним в школе?
- О да. И в университете тоже. Правда, он на год раньше меня окончил и школу, и университет, потому что был вундеркиндом.
Хм, в моем представлении вундеркинды оканчивают школу лет в тринадцать или в пятнадцать, в крайнем случае.
- Крайст Черч?
- Правильно. И Джордж учил нас истории.
- А в какой школе вы учились? – я напряженно ждала ответа.
- В Итоне, конечно. Разве по мне не видно?
- Саймон, может быть, ты помнишь Майкла Толбота, моего мужа?
- Ах, Эйприл, конечно же, я помню его. По правде говоря, мы дружили втроем: Майкл, Стив и я, несмотря на то, что Майкл на три года моложе нас. Стив опекал его.
- Майкл мне никогда о вас не рассказывал.
И тут Саймон смутился.
- Я был отчаянным хулиганом в школе. Меня спасала только дружба со Стивом, который был старшим префектом. Его все учителя обожали за уникальные мозги и дьявольское обаяние. Но, кажется, я разболтался не в меру. Ты лучше спроси у мужа. Он расскажет тебе то, что считает нужным.
Мы были уже недалеко от машины. Саймон чуть замедлил шаг и сказал:
- Эйприл, поверь мне, ты занимаешь особое место в его сердце. Я хорошо его знаю.
Только когда мы сели в машину, я задумалась. Кого он имел в виду – Стива или Майкла?
II. Глава 8. Город трех холмов
Пловдив, точнее, его старинная часть, вызвал восхищение. У нас хватило времени только на прогулку по самому центру. Вечером на главной пешеходной улице освещение включили, а боковые улочки были погружены во тьму. Поэтому мы решили встать назавтра очень рано, чтобы облазить все закоулки этого прекрасного города «трех холмов», как его называли древние римляне, которые были уже не первыми завоевателями Пловдива.
И только ночью, когда я легла спать, кошмар сегодняшнего утра снова завладел моими мыслями. Шутливое хайку Стива оказалось пророческим. Потом мне приснилась Таня, которая говорила мне с укоризной: «Ты, Эйприл, пожалела дать пару миллионов фунтов моему мужу, а теперь он практически инвалид.» Я хотела оправдаться, побрела за ней, пытаясь взять за руку, а навстречу с выпученными глазами шел Миро. В животе у него торчал нож. Мне было ясно, что он собирается сделать со мной что-то очень плохое. Я побежала прочь – и проснулась. Потом долго лежала в постели без сна.
Весь следующий день мы провели на ногах. Мне нравилось наблюдать за Джорджем. Он был в приподнятом настроении, что-то напевал и даже как-то подхватил Рейчел на руки. Мне удалось тайком сделать несколько снимков Стива, когда я фотографировала амфитеатр. Археологический музей мы оставили на завтра. Джордж читал нам лекции по истории, а Саймон – по архитектуре. Думаю, что никогда ни один турист, посетивший Пловдив, не узнал о городе столько, сколько мы за один день. Было очень жарко, и после обеда я переоделась в легкий ситцевый сарафанчик. Меня удивило, что Рейчел так и осталась в джинсах и белой рубашке с длинными рукавами поверх открытого топа. С ее-то фигурой можно хоть голышом расхаживать, никто бы ее не упрекнул.