- Смотрите, сюда кто-то едет! - воскликнула я. – Или мне только кажется?
- Действительно, машина. Наверное, это туристы, не заметившие знака “Частное владение”, - с досадой сказал Саймон. – Мне казалось, что я уже отвадил всех желающих полюбоваться старинными развалинами. Ладно, пойду разбираться.
***
Мы спустились друг за другом по узкой лестнице и все вместе вышли за ворота. К нам с огромной скоростью приближался автомобиль. “Бентли”, такой же, какой был у моего отца. Папина машина стоит теперь в гараже. Из машины, остановившей метрах в двадцати от нас, вышел высокий мужчина в приличном костюме, больше соответствующем “Бентли”, чем сельской местности. В мужчине было что-то очень театральное: седая прядь в черных волосах, и похож он был одновременно на Мартина Шоу и Джорджа Клуни. Ничуть не смущаясь наших любопытных и, боюсь, неприязненных взглядов, мужчина подошел к нам и вежливо поздоровался. Прежде, чем Саймон успел ответить, я сделала шаг вперед и сказала:
- Здравствуйте. Добро пожаловать в свои владения.
Мужчина улыбнулся. Вблизи он казался довольно молодым, несмотря на седую прядь. И улыбка у него была удивительно приятная.
- Позвольте представиться: Николай Васильевич Самохин, хозяин сего прекрасного памятника архитектуры.
Его фамилия отозвалась слабым звоночком в моей памяти, но я не вспомнила в тот момент, почему она мне знакома.
- Саймон Сеймур, архитектор, - представился в свою очередь Саймон.
- Давно мечтал с Вами познакомиться, - вежливо сказал господин Самохин. – Простите, что нагрянул без предупреждения. Я вовсе не собирался застигнуть вас врасплох. Просто у меня неожиданно оказался свободный день в моей насыщенной программе.
Он переводил взгляд черных глаз с Саймона на меня, и мне стало неловко, как будто мы занимались чем-то недозволенным в пустынной местности при полном отсутствии рабочих. Кажется, и Саймон понял его именно так.
- Позвольте представить Вам моего друга, доктора Толбот. А это мой отец, специалист по средневековой архитектуре. Я пригласил их для консультации, поэтому рабочих сегодня нет.
Владелец замка поцеловал мою руку почти так же непринужденно, как баронет Сеймур. Его гламурная внешность, обворожительная улыбка, хорошие манеры и прекрасный английский как-то не вязались с моим представлением о “новых русских”. В Оксфорде у нас много знакомых, которые недавно приехали из России. Все они – интеллегентные, образованные люди. По их рассказам выходило, что богатые люди в России – недалекие выскочки или вовсе бандиты, а господин Самохин ну никак не походил на бандита.
Извинившись передо мной, трое мужчин расположились за столом на лужайке перед входом в башню. Это была далеко не английская лужайка: просто скошенные сорняки. Саймон что-то показывал на своем компьютере и давал пояснения. Я решила воспользоваться моментом и сделать несколько упражнений. Отойдя от стола, чтобы мужчины не могли меня видеть, я начала выполнять падения – вперед, назад, с переворотами и без – так, как сдавала зачет в прошлую пятницу. Я увлеклась, мне очень понравилось кувыркаться в траве. Сделав последнее сальто, я остановилась и взглянула в сторону стола. Наверное, в пылу тренировки я приблизилась настолько, что помешала мужчинам: все они стояли, повернувшись в мою сторону, и смотрели на меня, как на чудо природы – с восторгом и восхищением.
Потом Саймон повел отца в дальний угол сада, чтобы показать ему какие-то развалины. Мы с Николаем Васильевичем тоже пошли в ту сторону.
- Вы не принимали участия в нашей беседе, потому что Вы – не архитектор вовсе, не так ли? Когда господин Сеймур назвал Вас доктором, я так и подумал, что он сделал это для пущей важности. Вы слишком молоды, чтобы быть доктором наук. И к тому же Вы поразительно красивая женщина. Я не только не встречал в жизни подобной красоты, но даже и представить себе не мог ничего подобного. Такой удар по моему великодержавному шовинизму!
Заметив, что последняя фраза озадачила меня, он пояснил:
- Я привык считать, что русские женщины – самые красивые в мире. Знаете ли, смешение европейской и азиатской крови привело к появлению такого типа лица, которое для меня и многих других мужчин просто неотразимо.