- Ох, Николай Васильевич, - спохватилась я. А почему же Вы все-таки купили замок, а не дом?
- Это Володька. Его идея. После Парижа он читает только английские книги, кроме своих учебников, конечно. Наверное, каких-нибудь рыцарских романов начитался, не знаю. Он попросил Чарли подыскать какие-нибудь развалины, ведь все средневековые строения в хорошем состоянии являются собственностью государства или частных компаний, вроде Мадам Тюссо.
- Но здесь так много работы! И стоить это будет, наверное, ужасно дорого.
- Да, это удовольствие станет мне в копеечку, но мне как раз необходимо пристроить большую сумму денег, а недвижимость – хорошая инвестиция, особенно во время финансового кризиса. К тому же мальчики так увлеклись проектом! Они сами разработали систему отопления и кучу всяких электронных штучек, которые мне непонятны. Не удивлюсь, если они уговорят Саймона сделать потайной ход.
- Это все очень интересно, но Саймон говорил, что после восстановления замка в первоначальном виде он будет практически непригоден для жилья – слишком маленькие окна, почти нет естественного освещения.
- О, слышу знакомую речь! – раздался голос Кристофера за нашими спинами. – Не волнуйтесь, я не говорю по-русски и ничего не понимаю. Лет десять тому назад меня пригласили на консультацию по поводу реставрации одного замка в Беларуси. Это такая маленькая страна на западе от России, бывшая часть Советского Союза. Там я выучил несколько русских слов.
- Мы говорили о том, что замок после восстановления будет слишком мрачным местом для жилья, - сказал Николай Васильевич, снова переходя на английский язык. – Но на этом настаивал мой сын, а мне все равно.
- Но мы нашли выход, - с победным видом заявил Кристофер. – Я предложил воспользоваться моим опытом, полученным в Беларуси. Замок, который принадлежал литовским магнатам, моложе, чем этот, но во многом напоминает его. Внутри крепостной стены впоследствии хозяева пристроили дворец, прямо-таки роскошный. Я предложил Саймону сделать то же самое, и дворец, или, если хотите, просто большой жилой дом, уже есть в проекте. Хотите взглянуть, Эйприл?
- О, конечно, да. Но как вам удалось получить разрешение на строительство? Ведь это же памятник архитектуры, и реконструкция наверняка предусматривает восстановление замка в его первоначальном виде!
- Пришлось использовать свой авторитет, - озорно улыбнулся Сеймур старший. – Я убедил всех на примере замка Уорик, что такое жилое помещение уже существовало как часть комплекса и разрушилось со временем.
- Но, возможно, так оно и было?
- Нет, хоть какой-то след непременно остался бы. Замок пришел в запустение очень давно, почти четыреста лет тому назад. Поэтому и пришлось совершить этот маленький и невинный обман, потому что наши законы, увы, несовершенны.
Саймон снова включил ноутбук и показал мне общий вид замка, каким он будет после восстановления. Картинка впечатляла. Только вот когда это будет? Здесь же работы лет на десять, не меньше. Но Самохин весь светился от радости, как будто получил на Рождество долгожданную игрушку.
- Когда банкетный зал будет построен, - сказал он, – я устрою настоящий пир с жонглерами, танцовщицами и менестрелями. А пока, дама и господа, я предлагаю устроить небольшой пикник прямо здесь, на этой очаровательной лужайке. Я взял с собой все необходимое.
IV. Глава 13. Ложка дегтя
Мы охотно согласились. Я тоже приехала не с пустыми руками. Саймон притащил откуда-то кучу пледов, и мы сели вокруг расстеленной скатерти, на которой, кроме еды, живописно разложенной на тарелках, красовались еще бутыки кларета. Я решительно отказалась от вина, ведь мне предстояло возвращаться домой. Выпить бокал красного вина и потом сесть за руль – для меня не проблема, но я грешу таким образом, только если нахожусь не более чем в получасе езды от дома.
- Эйприл, оставайся здесь на ночь, - предложил Саймон. – В деревне очень приличная гостиница, и папа будет ночевать там же. Ляжешь спать рано, а утром поедешь на работу.
- Как, Вы еще и работаете? – спросил Николай Васильевич. – Не могу представить Вас, Эйприл, никем, кроме разве что кинозвезды.
- Я управляю электронной компанией, которая на шестьдесят процентов принадлежит моей семье.
- Так мы с Вами практически коллеги! У меня огромное компьютерное и электронное производство, в числе всего прочего.
- В таком случае мы с Вами не коллеги, а конкуренты, Николай Васильевич.
- Нам еще расти и расти до вас, - улыбнулся Самохин. – Нескоро мы сможем составить вам достойную конкуренцию. Взять хотя бы моего сына. Он пользуется только английскими компьютерами, причем одной фирмы. Не знаю, как он на нее вышел. Чарльз подсказал, наверное. Как же она называется? “BMB Technology”, кажется. Дорогая продукция, но того стоит.