На следующий день к нам в городок приехала съемочная группа.
Только с самого утра Тони зашел ко мне в кабинет, чтобы представить своего брата Питера, а затем исчез на полдня. Но из окна кабинета я увидела всех его работников. Я была совершенно незнакома с технологией съемок, поэтому с интересом рассматривала оборудование и людей. Кроме самого Тони и Питера, в группе было еще четыре человека: два оператора, парень с тележкой, на которой стояла главная камера, и девушка. Как я узнала позднее, она была стилистом, а по-простому – парикмахером и визажистом. В ее умелые руки я попала в половине четвертого дня, как мы и намечали.
Но до этого я имела возможность познакомиться с ними поближе во время обеда. Девушку-стилиста звали Алекс, точно так же, как и главного оператора. К Питеру я приглядывалась с особым интересом. Перед ним трепетали все, даже его старший брат. Несмотря на молодость, он имел вид представительный и серьезный. Очки в металлической оправе добавляли ему солидности. Он не закатывал глаза, как второй оператор, который восклицал: «Господи, какая фактура!», время от времени плотоядно разглядывая меня в упор. Но стоило Чарли завести разговор о том, что они видели сегодня в производственных цехах, как Питер преобразился и стал похож на восторженного мальчишку.
- Какой потенциал! Какие вещи вы могли бы делать здесь, с ума сойти! – восклицал он. – Сначала, как только я увидел Вас сегодня утром, доктор Толбот, я подумал, что Вам не место здесь. С такой-то красотой Вы могли бы стать супер-звездой Голливуда при отсутствии даже малейшего таланта. Но, походив по городку вместе с Чарли, я понял, почему Вы так привязаны к своей компании.
- Питер, ты что-то понимаешь в производстве? – поинтересовалась я.
- Нет, если Вы имеете в виду чисто техническую сторону дела, доктор Толбот. Но, как и все остальные виды деятельности, ваша компания подчиняется особым законам. Вот их-то я понимаю отлично, пусть это и звучит нескромно. Мне совершенно все равно, чем управлять – процессом съемки или вашим производством, хотя я предпочел бы последнее.
Тони посмотрел на брата с шутливой свирепостью и погрозил ему кулаком.
***
В первый день Тони снимал только производство и меня – на фоне сборочного конвейера, в кабинете, на стадионе, в бассейне и даже в столовой. Сценария как такового у Тони не было, он все держал в голове, и мы с ним репетировали сценки, если, конечно, валяние на травке можно назвать сценкой, прямо перед началом съемки. Работать с Тони было легко и весело, и на все ушло полтора часа. Правда, это было только начало, но Тони сказал, что отснятого материала пока хватит для обработки, и отпустил меня на три дня. Я не поехала в центр подготовки в тот день, потому что Эндрю разрешил приходить к нему только три раза в неделю: такого мастерства в стрельбе я уже достигла. Это было очень кстати, ведь работа над новым компьютером отнимала теперь и у меня много времени. Но ни за что я не желала пропускать тренировки на татами по назначенным мне дням, потому что я могла переброситься парой слов со Стивом или иногда исподтишка любоваться им – напоследок, перед неизбежным расставанием, связанным с моим переездом в Кембридж.
***
После съемки я увидела на мобильном телефоне пропущенный звонок от профессора Минамото и решила, что это перст судьбы: я сама колебалась, звонить ли ему до окончания съемок рекламы, чтобы поговорить о моем возвращении в Кавендишскую лабораторию. Я сочла такое совпадение добрым предзнаменованием и набрала номер телефона Минамото. Но профессор предложил отложить серьезный разговор на неделю, до следующей среды, когда я сама приеду в Кембридж. Он пригласил меня на первую серию экспериментов на заказанном мной новом японском оборудовании, которое только-только появилось в Лаборатории.
- Весной этого года с моей подачи мы провели конкурс среди студентов на лучший эксперимент, который мы теоретически могли бы осуществить, имей мы тогда такое оборудование. В то время мы и мечтать о нем не смели. Эйприл, твое имя теперь станет легендой. Спасибо тебе. Ректор непременно хочет поблагодарить тебя лично.
- А что за эксперименты вы планируете провести через неделю? – поинтересовалась я.
Мне показалось странным, что меня никто не спросил о том, как можно использовать новое оборудование, с которым я была знакома уже пару лет: аналогичное стояло в моей «секретной» лаборатории. И об этом знал не только Минамото. Без своей лаборатории я не сумела бы продвинуться так далеко в разработке компьютера нового поколения.