Глава 1
Здание обычной общеобразовательной школы № 3 маленького городка Железнодорожного сегодня сияло как никогда. Его в конце августа покрасили ярко-желтой краской взамен старой горчично-ржавой, давно облупившейся и выцветшей, и радостное сентябрьское солнышко, признав в школе «своего» ввиду данной теплой гаммы, ласкало ее щедрыми горячими лучами.
Заглянем в крайнее слева окно второго этажа: угловой кабинет русского языка и литературы всецело принадлежал Ирине Леопольдовне, любовно прозванной школьниками Леопольдихой. Подоконники уставлены розовыми бегониями, ярко-малиновыми фиалками и разноцветными антуриумами. Ирина Леопольдовна очень любит цветы, и в ее квартире вы найдете гораздо больше горшков, чем в классе, с еще более редкими экземплярами. Обыкновенные фикусы, декабристы и герань Ирина Леопольдовна считает скучными и даже пошлыми.
– Черт! – громкое восклицание из уст Гришки последовало сразу за звонким «шмяк!». Это неповоротливый Григорий Савушкин разбил горшок с красным антуриумом, взгромоздившись на подоконник, куда двумя секундами ранее грациозно залезла Вика Царева. Он всегда стремился быть поближе к ней, и зачастую эти попытки оканчивались какими-то потерями. Сейчас впервые из-за неуклюжести Гриши потери понесет их классная руководительница.
– Ну ты даешь, чувак! – Петька, закадычный Гришкин друг, нервно сплюнул, а сама Царева, неочевидная виновница событий, звонко рассмеялась. – Леопольдиха по головке не погладит!
– Слышь, их так много, она не увидит, что один пропал! Отряд не заметил потери бойца! – с этим громким восклицанием Савушкин взял остатки горшка и цветок с землей и понес к мусорке.
– Гриша, какой ты дурень! – громко засмеялась Царева, сразу привлекая к себе внимание целого класса. Даже птички замолкают, чтобы послушать звонкий Викин смех. – Корзина для бумаги! А ты землю несешь!
Савушкин впервые посмотрел на себя: темно-синий пиджак и брюки все в земле, даже красный галстук перепачкан. «Каким образом?!» – читалось на лице Гриши, когда он это заметил.
– Хоть на рубашку не попало… – с огорчением произнес он. Огорчение относилось, конечно, не к тому, что белоснежная сорочка вышла из переделки незапятнанной, а к тому, что за такой внешний вид можно и выговор схлопотать.
– Ты знаешь вообще, что это за цветок? – не вставая со своего места за первой партой, строго спросила отличница Саша Лопырева, наблюдавшая эту короткую, но запоминающуюся сцену. Она славилась тем, что знала абсолютно все.
– Нет, а что? – с вызовом молвил Григорий, который совсем запутался и не знал, что ему делать: то ли бежать застирывать галстук в раковине в туалете, то ли разобраться сперва с землей на полу и злополучным цветком, который он все еще держал в вытянутых руках. – Я че, ботаник, по-твоему?
Григорий терпел эту выскочку только из-за того, что Вика по какой-то причине с ней дружила. Сам он категорически недолюбливал отличников, считая их всех зазнайками и скучными зубрилами.
На самом деле, никто толком не знал, на чем зиждется эта дружба, даже сами девочки. Еще два года назад, когда Вика перевелась к ним из четвертой школы, Лепольдиха подвела к ней Александру, как гордость школы и ее личную гордость, и попросила ввести Викторию в курс дела, помогать во всем. У Вики были не такие уж плохие оценки в предыдущей школе, но перевод обычно не играет на руку успеваемости. Саша, конечно, согласилась, даже испытала радость от того, что ей доверили такую важную миссию. Она прилежно выполняла возложенные на нее обязательства, особо не стараясь при этом сходиться с новенькой, так как сама по себе была интровертом, хоть и не знала такого слова. Главным для нее были оценки новенькой, и она тщательно следила, чтобы Виктория выполняла все задания и не понизила свою успеваемость. Однако Вика, в отличие от Саши, была экстравертом, опять же, не зная такого термина, и вливание в новый класс прошло для нее абсолютно безболезненно. Зато девочки как-то незаметно сдружились, и Вика до сих пор считала Сашу лучшей подругой, хоть и общалась практически со всеми одноклассниками хорошо. В довесок к различиями во внутреннем мире, они даже выглядели совершенно не похоже: высокая, стройная, кучерявая шатенка Вика с красивыми правильными чертами лица и блеклая светло-русая Саша, маленького роста, хрупкая, угловатая и неказистая с носом-картошкой, но при этом с огромными светло-голубыми глазами. Словно чтобы подчеркнуть различия во внутреннем мире, они и одевались по-разному. Саша строго следила за формой, не выделялась, а волосы всегда собиралась в косу или хвост. Вика же укоротила юбку школьного платья и пришила ажурный кокетливый воротничок, а волосы носила распущенными, благо что в их школе за такой вид особо не бранили.