Шло время. Они так и гуляли вчетвером, но теперь не как два лучших друга плюс две лучшие подружки, а как две самостоятельные пары. Лопырева была в шоке, когда Гриша вдруг начал за ней ухаживать. Ей казалось, что он ее если не ненавидит, то терпит с трудом, да и лишь потому терпит, что она подруга Вики, которая ему нравится. Но Гриша объяснил ей, что их взаимная неприязнь не что иное, как сильная симпатия между двумя очень разными людьми, и в таких случаях частенько люди не могут сами разобраться в своих чувствах. Само это объяснение подняло Григория в Сашиных глазах на недостижимый уровень взрослого, умного, ответственного человека – такого, которого она, как ей казалось, и искала. Поэтому ухаживания тотчас были приняты.
В классе все замечали, как староста-отличница Иванова и разгильдяй-хулиган Савушкин периодически обменивались такими многозначительными взглядами, словно только они двое знали какую-то важную государственную тайну, но не могли ни с кем поделиться. Народ дивился, но от прямых вопросов эти двое уклонялись, и от них быстро отстали. Только однажды, оставшись в столовой вдвоем, они заговорили. Точнее заговорил Гриша, поделившись тем, что его мучило последнее время. «Ты уверена, что все закончилось?» – могли услышать повар и раздатчица. «Ты же видишь…» – развела руками его визави, но при этом интонации были неуверенные.
В день выписки Капустина их компания отправилась в луна-парк. Вика заманила всех в очередной раз в комнату кривых зеркал. Гриша по-прежнему ненавидел эти зеркала всей душой, но не хотел оставаться один на улице и ждать их у выхода, как какой-то отщепенец, поэтому согласился пойти.
Внутри они разделились. Гриша пошел вперед, потому что ему не очень нравилось то, что он видел, пока трое его друзей развлекались перед абсолютно каждым зеркалом. Он быстро перемещался по комнатам, здесь были не только зеркала, а еще и игрушечные клоуны и другие «смешные», по мнению организаторов, вещи, дошел до конца вагончика и с удивлением обнаружил Колю Капустина, стоящего посреди помещения, слово ждущего его. Как назло, в этой комнате больше никого не было. Почему-то по спине Григория прошел холодок, хотя Коля – метр с кепкой, а Гриша крепчал с каждым днем, становясь все больше похожим на отца.
– Выписали? – глупо спросил Савушкин. Не сбежал же он, в самом деле, из больницы!
– Выписали, – ответил Коля и хищно осклабился.
И Гриша все понял. В следующую секунду Коля сделал шаг вперед и выпустил белое щупальце прямо ему в шею.
06.09-12.10.23
Автор приостановил выкладку новых эпизодов