— А ты… ученик главного старейшины. Вам и без клана можно обойтись, — вздохнул он с.
Линь Юй слушал.
Не запоминая имён — чувствуя структуру.
Секта была не хаосом. Она была, как живой организм.
Когда мальчик встал, чтобы уходить, он обернулся:
— Меня зовут Фань Жуй. Если увидишь ещё что-то странное — скажи. Я записываю всё.
Линь Юй кивнул:
— Спасибо.
Фань Жуй ушёл. Лодка скрылась в тумане над озером. Линь Юй остался один — и впервые не чувствовал одиночества. Он ощущал: мир начал замечать его.
Над озером садилось солнце.
А в груди тихий узел ци пульсировал, как сердце.
Подарок
Ночь на Красном Берегу была тёплой. В доме пахло чаем и сырой древесиной. Он проснулся от лёгкого шелеста страниц. Поднял голову. За столиком сидела женщина, утончённая и изящная. Она была молода, но в её пронзительных глазах читалась мудрость. Чёрные волосы, собранные в простой узел на затылке, не скрывали изящной линии шеи; несколько прядей, выбившихся на висках, придавали образу живой простоты. Когда она сидела неподвижно, погружённая в чтение, казалось, будто само время замедляется, чтобы не спугнуть её.
Что странно, ему показалось: он ее где-то видел.
— Коли уж проснулся — не поприветствуешь наставника? — На миг застывший Линь Юй опомнился.
Он медленно встал, босые ступни коснулись холодного пола, сделал низкий поклон:
— Ученик приветствует учителя.
Мастер поставила на стол чайник, налила две чашки. Помолчала. Затем снова уткнулась в трактат.
— Садись.
Некоторое время она читала; затем свиток словно исчез из её руки. Склонив голову, она оценивающе окинула его взглядом. Чистый Клинок потянулась к газете, оставленной Фань Жуем. Открыла раздел «Магазин артефактов»:
— Выбери подарок.
Он посмотрел на знаки, на её лицо. Мягко улыбнулся:
— Я не умею читать.
Она подняла взгляд. Ни удивления, ни укоризны — только короткая немая пауза.
— Ну почему это прозвучало так гордо? — Чистый Клинок усмехнулась.
Мастер повернула газету боком, пальцем провела по строке:
— Это — «раздел артефакторики секты Чёрного Озера». Запоминай не форму, а ход взгляда: сверху вниз, слева направо.
— Ты ведь настоящий дикарь? Откуда ты такой взялся? Расскажи учителю о себе.
Он немного подумал и сказал:
— Я родился в этом мире совсем недавно. В лесу… Я был один… Тех, кто явил меня сюда, не видел… У меня необычное тело…
Некоторое время он рассказывал о жизни у деревни в качестве «лесного духа». Мастер слушала внимательно, без суеты; иногда задавала короткие уточнения.
— Ты и правда выучил речь недавно. Акцент сильный, — спокойно констатировала она. — Для начала тебя нужно обучить читать. Лу помог тебе прорваться на первую стадию конденсации ци. Но культивировать без техники — не дело, — она нахмурилась. — Когда прочитаешь хотя бы половину этой страницы, — она коснулась газеты, — снова выберешь подарок. Сам. А затем подберём тебе технику культивации под твой случай. Минь Сяо будет учить тебя читать. Я буду время от времени навещать — смотреть на прогресс. И не сиди без дела: выше по горе моя резиденция — спроси у слуги, чем можно помочь.
Он кивнул. Ночь вернулась к своему дыханию. Мастер ещё немного расспрашивала о его появлении, потом спросила:
— А ты не хочешь чего-то узнать? Ты кажешься безразличным к своему будущему.
— Мастер, я не безразличен, просто мои немногие воспоминания спутаны. Личность частично утеряна, но она будет возвращаться. Интересно, что я забыл. Вот вы не боитесь, что пригрели шпиона или врага секты?
— Хм, — глаза Чистого Клинка чуть сузились, — даже если бы ты что-то задумал, вряд ли обманул бы меня. В конце концов, я — глава зала меча и член Совета главных старейшин, а ты всего лишь мальчик на первой ступени конденсации.
— Я ничего не замышляю, — Линь Юй улыбнулся. — Я о мире толком ничего не знаю. Но готов следовать за вами, раз уж вы меня приняли.
На миг потяжелевшая атмосфера, снова стала беззаботной
— Этот дождь, — сказала Мастер, — твоя первая задача — научиться его не будить зря. Ты говоришь, звери тебя не сторонятся; возможно, загляни в зал духовных питомцев. Не спеши — когда окрепнешь.
Через некоторое время он снова уснул; снаружи усилился дождь. Мастер постояла, задумчиво глядя на спящего мальчика. Порыв ветра шевельнул ставни — и её присутствие растворилось, будто здесь никого и не было.
Утром Линь Юй поднялся вверх по склону — за поручением. Слуга в рабочей робе выдал метлу и велел подмести дорожку от берега.