— Я от вас тем и отличаюсь, Роуана, что у меня не будет неприятностей…
— А ваш брат?
— Ему все равно. То есть… не все равно, конечно, но тут уж он ничего не может поделать.
— Думаете, если вы совершеннолетняя…
— Нет, дело не в этом. Так получилось… Он ничего не знает наверняка, но чувствует…
— О чем вы говорите, Элисса?
— Да так, о всякой ерунде, не обращайте внимания. Разве вы до сих пор не поняли, что я абсолютно сумасшедший человек? Ой! Сейчас я вам покупки покажу! — Она вытряхнула из сумки гору пестрых вещей. — Вот, смотрите — подарки. Шейный платок для Ника, раз он больше не носит галстуков, а для вас — фартуки. — Она вручила Роуане несколько ярких передников. — Помните, — захихикала Элисса, — как они помогли мне?
— Да уж, — рассеянно согласилась Роуана. — Вам подарили ананасы, леденец, маленького крокодильчика и много-много поощрительных взглядов.
— А что тут плохого? — огрызнулась Элисса.
— Ничего. Только все это чепуха.
— Да, ну и что? Какая разница?
— Конечно, никакой. У девушки голова занята совсем другим, хотя она, как говорит Джонатан, обращена.
— А вы теперь о чем говорите? — напряглась Элисса.
— Так, просто наблюдение. Мне кажется, что, хотя вы все время до упаду веселитесь, вам невесело, для вас все это не имеет никакого значения.
— Вам просто кажется, — отрезала Элисса. — Пожалуйста, налейте чаю.
За чаем Роуана продолжила:
— Вы так неожиданно исчезли. Стояли рядом — и вдруг вас как корова языком слизнула.
— Такова Элисса. Любовь к неожиданным исчезновениям у меня в крови.
— Ну а тогда — что с вами стряслось?
— Да ничего. Просто захотелось уехать, а тут еще один водитель предлагал подбросить до Брисбена. Надо было решать скорее.
— В один прекрасный день вы решите слишком скоро, — предостерегла Роуана, но Элисса не дала ей продолжить. Она капризно потребовала рассказать, какие неприятности приключились с Роуаной в ночь, когда ее подвозил дальнобойщик.
— Мне досталось от Джонатана Саксби. Он очень беспокоился.
— Как я вам завидую! Но, признаться, я хотела бы, чтобы это был Николас.
— Почему?
— Несмотря на все ваши недостатки, — Элисса брезгливо поморщилась, — я стерпела бы вас в роли его жены.
— Нет, благодарю, — мягко уклонилась Роуана.
— Я так и думала, ведь Николас все равно женат — на своей конюшне.
Элисса рассеянно бродила между столиками и вдруг, вздрогнув, остановилась.
— Откуда у вас билеты на родео?
— «Дикие мустанги» оставили. Они приезжали за Греем. С ними был их шеф, Ларри, такой милый молодой человек…
— А потом что?
— Ну, потом они все опять уехали…
— Роуана, вы как знаете, а я больше на родео не хочу.
— Но следующее шоу — особенное.
— Да ладно, там всегда одно и то же.
— На этом родео выступят новички.
Мертвая тишина повисла в кафе. Взглянув в лицо Элиссы, Роуана была поражена его бледностью: на щеках не осталось ни следа румянца, губы из алых стали серыми.
— Что с вами? Вам плохо? — спросила она.
— Нет-нет, все в порядке. Голова немного кружится, меня укачало в дороге. Водитель гнал как сумасшедший.
Элисса взяла билеты в руки.
— Новички, — повторила она с усилием.
— Ну да…
— В среду.
— Да.
— Я не поеду.
— Ну, как хотите, — сказала Роуана, которая не понимала, почему билеты на родео так смутили Элиссу. — Элисса…
— Я лучше пойду покажусь своему дорогому братцу, — увернулась та. — До вечера, Роуана. — И Элисса вприпрыжку пустилась по тропинке.
К счастью для кассы и для разбредающихся мыслей Роуаны, вскоре начали прибывать грузовики, и следующие несколько часов до прихода Барни девушка была вынуждена заниматься одними стейками.
— Какой сегодня удачный день, — с удовлетворением заметил подошедший Барни, заглядывая в кассу. Когда дела шли хорошо, Барни радовался даже больше хозяйки заведения.
Следующие полчаса Роуана готовила сандвичи, потом, промямлив извинение за вчерашний автостоп, пообещала больше так не делать. Дальше, словно невзначай, обмолвилась о благополучном возвращении мисс Джарвис и, закончив кромсать хлеб и солонину, отправилась в Таймаут.
У дома Элисса, в короткой курточке и бриджах, тренировала Капитана. Николас наблюдал за ней с веранды.
— Просто чудо, — сказала ему Роуана.
— Это чудо нас с Капитаном просто с ума сведет, — хмуро промолвил Николас. — Я просил Элиссу пускать его легким галопом, он не привык к таким истязаниям, к тому же перенес утомительный переезд… Элисса! Элисса!