— Встань, Чэн Зедонг. Я узнал тебя. — Я остановился возле вскочившего, но всё так же низко склонившегося китайца.
— Где Шэн-ли? — спросил я строго.
— Уважаемый Шэн-ли должен был уже вернуться из поездки, но, видимо, дела задержали его. Он приказал мне находиться здесь и ждать его. — Зедонг говорил, всё так же не поднимая головы. Помнит ещё, как пришлось пожить некоторое время немым и с парализованными руками.
В это время ко дворцу подъехала бричка, из которой вылез, одетый в традиционный костюм монаха, Шэн-ли. Он радостно улыбался и, склонившись в знак уважения, произнёс:
— Я счастлив вновь увидеть тебя, Великий Дракон. Я увидел сияние твоего Ци и поспешил сюда. Твоя сила стала поистине недосягаемой.
— Рад видеть тебя, старый друг! — Я крепко обнял старого знакомого. — Как ты здесь оказался?
— Я представляю интересы Шаолиня при правительстве Китая. Монастырь сожжен, но ещё остались монахи и мастера, которые хотят восстановить его стены. Война нарушила наши планы.
— Мы ещё поговорим об этом, Шэн-ли. Найди меня после переговоров. — Я искренне рад был увидеть его.
— Что здесь происходит? — раздался голос у меня за спиной.
Я обернулся и увидел подошедшего Чан Кайши.
— Добрый день, господин маршал! — Как младший по возрасту и по званию я первым приветствовал лидера Гоминьдана. — Я — представитель советского правительства генерал-майор Головин.
— Здравствуйте, господин генерал. — Чан Кайши протянул руку для приветствия. — Как долетели?
— Благодарю вас, хорошо, — я пожал протянутую руку.
Контакт. Несмотря на бурную молодость, довольно трусоват. Всей душой ненавидит коммунистов, но вынужден совместно с ними противостоять японской агрессии. Мечется в поисках союзников. Старшего сына отправил на обучение в СССР, а приёмного — в Германию. Готов пойти на любые уступки, лишь бы получить реальную помощь. А от заключённых договоров потом легко откажется. Ну с последним я бы не был столь уверен. Договоры тоже можно по-разному заключать.
— А почему этот человек стоял на коленях и теперь не поднимает взгляда от земли? — Чан Кайши кивнул в сторону Чэн Зедонга.
— Он приветствует Великого Дракона, — ответил за меня Шэн-ли, поклонившись в мою сторону.
— Но ведь это легенда. Сказка. Да и вы, генерал, прибыли из России, а не из провинций Китая… — В голосе Чан Кайши было просто море скепсиса.
— Легенды имеют свойство становиться реальностью, — ответил я, — а драконы не признают границ и живут там, где им удобно.
Чан Кайши изумлённо обернулся и произнёс:
— Но ведь это просто сказка для детей.
— Это тоже сказка? — спросил я, обездвижив его. — Или, может, вот это сказка?
Я вытянул руку с раскрытой ладонью, и над ней заструились потоки красноватого тумана, сливаясь в изображение дракона. Этот интересный эффект я обнаружил в результате медитаций у себя на даче. Там у меня была оборудована специальная комната для подобных занятий. Изображение дракона получилось далеко не сразу зато теперь это пригодилось. Какими бы продвинутыми не были китайцы, они и в XXI веке сохранили веру в мистическое. Что уж говорить о первой половине века XX.
В глазах Чан Кайши отчётливо читался страх на грани мистического ужаса и одновременно какое-то облегчение. Дракон на их стороне, осталось только его задобрить. Ну давай, задабривай.
Я снял оцепенение с маршала и втянул обратно в ладонь своего туманного дракона. Было видно, что Чан Кайши разрывается от двух противоположных желаний: убежать и пасть на колени.
— Не стоит этого делать, — сказал я, точно угадав его настрой.
Тут встрепенулся ещё один участник переговоров, до этого стоявший в стороне и с интересом наблюдавший за происходящим. Мао Цзэдун подскочил и буквально вцепился мне в руку.
— Здравствуйте, товарищ посланник великого Сталина! — захлёбываясь от восторга, сказал он на довольно неплохом русском.
— Здравствуйте, товарищ Мао, — ответил я, с интересом разглядывая того, кого потом будут обожествлять в Китае. Или не будут? Поживём — увидим.
Переговоры шли довольно напряжённо. Мы готовы были поставить в Китай 1500 истребителей И-16 и И-17, 500 бомбардировщиков СБ, 200 бомбардировщиков ТБ-3, 2000 орудий, 600 лёгких танков Т-26, 30 средних танков Т-28, 250 различных бронеавтомобилей, 5 бронепоездов, 15 000 пулемётов, 1300 автомашин и тракторов, большое количество винтовок и боеприпасов. Плюс к этому прибудут наши военные, в том числе много лётчиков и танкистов.
Взамен мы хотели получить после окончательной победы над Японией остров Хайнань. То есть фактически китайцы расплачивались тем, что им на данный момент не принадлежит. Чан Кайши попытался свести всё к аренде на 99 лет, а не к передаче в собственность, но я настоял на своём. В итоге соглашение было подписано.