Вечером того же дня я встретился с Шэн-ли. Он рассказал о своём посещении Тибета, о том, как десять монахов пытались вскрыть моё послание и все десять упали без сознания, ощутив на себе силу Дракона. И только лишь Шэн-ли смог свободно вскрыть тубус с посланием и передать его наместнику.
Наместника тоже не слабо приложило Силой, и он какое-то время приходил в себя. А так как он тоже обладал способностью видеть Ци, то моя печать в виде Красного Дракона в Золотой звезде в ауре Шэн-ли была ему хорошо видна. С благоговением прочитав послание, он проникся его содержанием, и теперь немцам на Тибете будут очень сильно не рады.
Ещё Шэн-ли рассказал, что когда он посетил руины монастыря Шаолинь, то живущие неподалёку от святыни монахи хотели вначале его как следует побить. Но и среди них оказались видящие Ци мастера. В итоге теперь монахи почитают Великого Красного Дракона, а Шэн-ли стал их представителем при правительстве и пытался как-то поспособствовать восстановлению монастыря.
— У меня для тебя будет новое поручение, Шэнли, — сказал я после того, как выслушал рассказ китайца. — Ты должен будешь переговорить с монахами и мастерами боевых искусств и предложить им поехать в Россию и там продолжить свои занятия. Также интересуют мастера китайской традиционной медицины. Всех их достойно встретят. Дорогу, проживание и питание оплатит советская сторона. Всех, кто согласится, будет ожидать почёт и уважение от окружающих и благословение Дракона.
— Я думаю, что согласятся многие. Сейчас в Китае стало опасно. Японцы не жалуют китайских монахов, а мастеров боевых единоборств просто уничтожают на месте.
С Шэн-ли опять расстались. Его путь лежал на оккупированную территорию, а мне пришла пора возвращаться в Москву.
Тем временем через границу в Китай хлынул поток техники. На каждой единице на башне, на борту или на фюзеляже красовалась большая эмблема Красного Дракона в Золотой Звезде. Уже к концу года смешанная авиагруппа под командованием майора С. Супруна нанесла по японцам серию мощных бомбоштурмовых ударов. Следом в атаку пошли танки и буквально разогнали идущие в наступление японские войска. В небе завязались ожесточённые воздушные бои, в которых преимущество было явно на стороне наших лётчиков.
По прилёте в Москву меня ожидали хорошие вести. В Ленинграде смогли начать выпуск нескольких видов радиостанций на стержневых радиолампах, освоенных в производство здесь. От портативных, аналога радиостанции «Недра» того мира, 4-канальной с дальностью от 30 км со штырьевой антенной и до 50 км с натянутой наклонной проволочной длиной 12 метров, и до мощных, установленных на шасси автомобиля с дальностью связи до 1500 км.
Не забыты были и радиостанции для самолётов и наземной техники. Совсем недавно вышло постановление Совнаркома о том, что ни одна единица боевой техники не может быть принята с завода, если она не укомплектована радиостанцией. Планировалось обеспечить радиосвязью сухопутные подразделения от уровня отделения. Весь командный состав проходил обучение основам радиосвязи и ведения радиопереговоров.
В октябре 1937-го в Кубинке состоялся показ новых образцов бронетехники. По полигону, грозно рыча и время от времени рявкая орудиями, утюжили траву тяжёлый танк ИС-1 (аналог ИС-3), САУ ИСУ-152, основной боевой танк Т-10 (аналог Т-55), боевая машина поддержки танков БМПТ-28 на базе среднего танка Т-28, у которого развернули двигатель поперёк корпуса, сам корпус стал пошире, усилили бронирование, а в одной из пулемётных башен установили крупнокалиберный пулемёт. Сами башни тоже стали просторнее. В основную башню была установлена автоматическая 37-миллиметровая пушка.
Нишу лёгких танков заняли плавающий танк ПТ-76 (тут даже мудрить не стали, а взяли то же название, что и в моём мире) и БМП-2, вооружённый автоматической пушкой 37-мм с углом возвышения 75 градусов, что позволяло вести огонь по воздушным целям.
Была представлена зенитная самоходная установка на базе танка БТ, вооружённая счетверёнными автоматическими пушками 23-мм, только что принятыми на вооружение. Здесь с танком проделали то же, что и с Т-28: развернули двигатель поперёк, расширили корпус, убрали колёсный ход, установили просторную башню с быстроходным электроприводом вращения. Машина получила название ЗСУ-23-4 «Оса».
Также по полигону шустро бегали БТР-152, разведывательно-дозорный БРДМ-2 с крупнокалиберным пулемётом в башне. Хотели вывести аналог БТР-80, но там были серьёзные проблемы с ходовой частью, поэтому машина ещё нуждалась в доработке. Плюс показали КШМ на базе Т-28 и БТР-152, оснащённые мощными радиостанциями и приборами наблюдения.