— Этих обидишь, — усмехнулся командующий. — Они сами так самураев обидели, что от тех только клочки летели. Побольше бы таких машин.
— Ну, раз вы хвалите и просите ещё, то значит, будем выпускать ещё. А эти необходимо срочно отправлять обратно. Испытания прошли успешно, боекомплект расстрелян полностью.
Штерн попросил расчёты построиться у боевых машин и объявил им благодарность от командования фронта. Все будут представлены к наградам. Затем он предложил проехать с ним в расположение одного из полков, куда разведчики приволокли пленного японского офицера. Приволочь-то они его смогли, а вот допросить никак не могут. Японского толком никто не знает. Вот Штерн и поехал туда, чтобы забрать пленного и допросить уже у себя в штабе. Я охотно согласился и сказал, что хорошо владею японским и смогу поговорить с пленным прямо на месте.
Пленным оказался офицер в звании тайса, то есть полковник по-нашему. Я просмотрел документы, бывшие при нём. Тайса Омуро Минамото, японский военный советник в армии Маньчжоу-го.
— И что же представителю одного из четырёх древних самурайских родов понадобилось так близко к линии фронта? — спросил я на безупречном японском языке.
Омура удивлённо посмотрел на меня.
— Вы прекрасно говорите на языке Ниппон. И хорошо знаете нашу историю. Могу я узнать, с кем свела меня судьба в конце моего пути?
— Вы рисуете слишком мрачное будущее, господин Минамото. Вполне возможно, что ваш жизненный путь продолжится.
— Это невозможно. Истинный самурай никогда не пойдёт на предательство, а значит, для вас я бесполезен, и вы меня расстреляете. Конечно, такая смерть не делает чести, но это лучше, чем измена императору. И вы так и не назвали себя.
— Я генерал-майор Головин. По-вашему это сёсё.
После этих слов Омура встал и почтительно поклонился. Я, в свою очередь, сделал то же самое, но поклонился меньше, показывая своё старшинство.
— Мне не нужны от вас никакие сведения, тайса, — назвал я Омуру его званием. — Я даже готов вернуть вам ваш родовой меч, но при условии, что вы дадите слово не пускать его в дело, пока находитесь на территории, контролируемой Красной Армией.
Я махнул рукой, и мне передали даже на вид старинную катану. Вытащив клинок на несколько сантиметров из ножен, я полюбовался переливами света на безупречном лезвии и протянул его опешившему японцу. Он взял в руки меч, при этом стоящие позади меня двое бойцов направили на него автоматы, и приложился губами к клинку.
— Вы не боитесь, генерал? — Омура внимательно посмотрел мне в глаза. — Ведь я ещё не дал своего слова.
— Нет, не боюсь, — спокойно ответил я. — Вы для меня не противник, даже если убрать конвой.
— Но у меня меч.
— Знаете, Омура, вашу же пословицу? Самурай без меча — это всё равно что самурай с мечом, только без меча. Вот и для меня нет никакой разницы в том, есть у вас меч или нет. Даже голыми руками я вас с лёгкостью убью.
На лице Минамото застыла смесь удивления и ярости. Какой-то русский варвар сравнил себя с самураем, да ещё и похваляется.
— Что, тайса, захотели преподать мне урок? — Я усмехнулся. — Я согласен, но при одном условии.
— Я не изменю императору.
— Мне не нужно от вас предательство. Мне нужно, чтобы в случае моей победы вы отправились к своему императору и передали ему небольшое послание. Если же победите вы, то вас отпустят обратно к вашим. Это моё слово.
— Я согласен, — без промедления ответил Омура.
Уже выходя во двор, ко мне подошёл Штерн.
— Я надеюсь, вы знаете, что делаете, товарищ Головин?
— Не беспокойтесь, Григорий Михайлович, всё будет хорошо.
Во дворе Омура стряхнул ножны с клинка и сделал несколько разминочных движений.
— Вы не возьмёте меч? — спросил он меня.
— Для меня наличие или отсутствие меча не имеет никакого значения, но если вы настаиваете… — И мне вынесли похожий меч.
Я обнажил клинок и на мгновение застыл. Если мне не изменяют мои ментальные способности, то передо мной катана знаменитого мастера Масамунэ. И не просто клинок, а знаменитый Хондзё Масамунэ, который в моём мире после капитуляции Японии был передан одному американскому военному, да так и сгинул где-то. А здесь вот он, неизвестно как попавший сюда.
Интересовался я когда-то холодным оружием. Это было во времена увлечения фланкировкой с казачьей шашкой. И сейчас я просто почувствовал, работы какого мастера этот меч, слишком сильна была его энергетика.
— Заметьте, Омура, это клинок великого мастера Масамунэ. Мечи его работы, по преданию, предназначены для хладнокровных и рассудительных воителей, которые не вынимают их из ножен по пустякам.