Александр молчал. Он прямо смотрел в глаза, понимал, что не может пойти за Бальтозаром и даже не пытался объяснить себе это. Он просто трус, который и на минуту боялся потерять все способности и стать таким же, как Бальтозар. Это было невозможно, быть таким, как он! Александр признавал столь недостойное проявление позорных чувств и не решался говорить об этом вслух. Дьявол по-доброму усмехнулся, поерзал на месте, облизал тонкие губы.
— То-то и оно. Пойдешь и станешь ему обузой, — Дьявол выставил от сына защиту, не позволяя слышать разговор, и посмотрел на Сатану. — Ты хорошо воспитываешь их. Дети должны шалить, но наказание всегда сопровождает шалость. Так говорила она.
— Да, — обжигающий взгляд Сатаны вдруг смягчился, но всего на секунду. — Наказание должно быть по плечам.
— Но не выше, — прищурился Дьявол. — Ответственность должна давить всем своим весом, чтобы прочувствовал насквозь. Не жалей мальчишку. Для этого ему дана ведьма.
— К сожалению, ведьма для него лишь нянька. Аврора хотела союз, но Бальтозар настолько самодостаточен, что не скоро задумается об этом. Донна постареет к тому времени, — Сатана усмехнулся.
— Так, придумай что-то, что не позволит ей стареть, — повел плечом Дьявол.
— Слишком юная душа, она пока не может обрести столь совершенное тело, как у нас.
— Сохрани душу, сопровождай из рода в род и через десяток реинкорнаций она будет готова принять достаточно энергии, чтобы стать богиней.
— Я должен это делать? — Сатана удивленно вскинул брови, но тут же тяжело выдохнул. — Я сделаю, как скажете, Создатель.
— Ты будешь рад, если Бальтозар уничтожит меня, — звучало не как вопрос.
— Я первый станцую на твоем прахе.
Дьявол расплылся в улыбке, снял защитное поле с хмурого Александра. Мальчик явно любил внимание, и ему не нравилось быть лишним.
— Ну а ты слишком глубоко прячешься от самого себя. Ты холодный и расчетливый поглотитель энергий. Ты выжигатель мозгов, Александр. Недолго тебе прятаться от себя осталось.
— Всему свое время, — мальчик сжал кулаки.
— Время? Да что ты знаешь о нем? — развеселился Дьявол. — Твой брат очень много может тебе рассказать, но ты не принимаешь его как равного. Все пытаешься быть старшим, оберегать, нянькаться с ним. Ты перекрыл свои таланты ради того, чтобы раскрыть их в Бальтозаре.
— Нет, — закачал головой Александр.
— Что за странная жертва? Проявление совести? Она тебя до добра доведет. Нет, ты сам это с собой сделаешь, если не прекратишь, — поучал Дьявол. — Если ты не принимаешь себя, то ты не принимаешь меня и Аврору. Ты отказываешься от создателя всего, что есть в твоей маленькой жизни. И к кому уйдет твое сознание, твоя суть? Ты растворишься в мире добра, но на добро ты не сгодишься. Твой брат тебе говорит истину, а ты считаешь это вздором. Это не вздор, сынок. Хватит бежать от себя. Либо в Пустошь за братом, либо в себя. Иначе — наказание за непригодность нашему миру. Обдумай мои слова и прими верное решение. Оставьте меня.
Сатана положил руку на плечо Александра и тут же Дьявол их переместил обратно в обитель.
— Мы должны ему помочь! — вскинулся Александр, пытаясь достучаться до отца.
Сатана сел в кресло, аккуратно сложив руки перед лицом, наблюдая за старшим сыном. Он не хотел быть их отцом. Не хотел править Адом. Сатана просто любил Аврору и только из-за нее он находится сейчас здесь. Мужчина чуть прикрыл глаза, потер переносицу. Он не понимал, почему после ее смерти он все еще здесь, ведь она уже мертва! Чертова девчонка свела его с ума, приворожила, заколдовала… заставила подчиняться своей воле.
— Ваша мать была Святой Грешницей, — внезапно сказал он и Александр замер, уставившись на отца. — Так ее звали все существа, и даже некоторые люди.
— Святая Грешница? — мальчик взъерошил светлые волосы, полностью парадируя брата. — Что за нелепость?
— Она была первой из людей, кто рассказал Богу и Дьяволу о равновесии. Для Ада она была Святой, а для Рая — Грешной. Аврора пришла к людям на заре, поэтому они прозвали ее богиней зари и даже создали целый культ, что напитало ее силой. Вышедшая откуда-то, где грань между Светом и Тьмой, она творила до ужаса прекрасные вещи и они были столь прекрасными, что от ужаса застывала кровь в жилах.
— Ты никогда не говорил нам о ней, — нахмурился Александр. — Почему сейчас?
Сатана поморщился. Ему был в тягость этот разговор, но он обещал воспитать мальчишек, быть им хорошим отцом. Сатана не мог нарушить данную ей клятву.
— Так сложились обстоятельства. Я вас ненавижу столь крепко, как люблю. Аврора научила меня любить. Она прокляла меня этим чувством и обрекла на страдания и медленную смерть. Ее уж нет, а я все надеюсь, что услышу ее голос или хотя бы смогу вдохнуть аромат ее волос, — Сатана со вздохом поднялся, потрепал обескураженного сына по голове, плеснул себе бренди. – Твой брат остался один в Пустоши, без магии, с кишащими там тварями. Я хочу, чтобы ты верил в него, и он чувствовал бы это. С тобой у него есть связь. Мы не можем помочь ему иначе.