Водяной приближался, пока я ослабела. Мне нужно было время собраться с силами, с мыслями и приготовиться к призыву огня. Но времени не было. Я могла лишь убегать глубже в лабиринт.
Я вскочила на ноги и помчалась по лабиринту. Зеленые высокие стены сливались, они давили на меня. Грудь сковала паника, но я вскинула плечи и старалась не обращать на нее внимания. Я зашла слишком далеко, чтобы проиграть Водяному.
Может, я бы выиграла время, бегая от Водяного. Даже устав после всего случившегося, я быстрее него. Мое тело создано для бега, ему же мешает собственный размер. Я могу заставить его следовать за мной в лабиринте. А потом можно развернуться и напасть, убив его. Вот только я не знала лабиринт так хорошо, чтобы проводить такие маневры. Каз показывал мне двор, когда мы только пришли во дворец, но я не запомнила строение лабиринта.
Но, стоило услышать устрашающие звуки сзади, я бросилась в лабиринт, не разбирая дороги. Я резко развернулась на каблуках и двинулась влево. Ошибка. Я пришла в тупик. Сердце билось о ребра, а щелканье становилось все ближе.
Я схватилась за тонкие колючие ветви, пытаясь забраться наверх. Нога смогла за что-то уцепиться, и я, ломая мелкие ветки, смогла подняться выше. По изгороди попала сыворотка. Я была почти у вершины, двигаясь лишь немного быстрее, чем в меня стрелял Водяной. Пот заливал глаза, но я не могла их закрыть. Они болели, но я лезла наверх. Водяной успел попасть сывороткой по моей левой ноге, а я рухнула на траву по другую сторону.
Ты не сбежишь, рожденная с мастерством, - издевался Водяной.
Тело дрожало от усилий, его покрывали синяки и порезы, а от ноги поднималось онемение. Сначала все покалывало, потом приходило онемение. Я должна двигаться дальше, пока монстр не нашел меня. Дрожащими руками и подняла себя, но ноги не двигались. Почти расплакавшись, я рухнула на землю.
Почему бы нам не прекратить? – издевался он. – Я помогу тебе.
Я закричала от боли, а сознание заполнили картинки. С Казом. В этот раз он был другим, он злился. И прошел мимо меня по коридору замка, даже не взглянув. Он был холодным и далеким.
Это ты соврала ему, рожденная с мастерством, и он никогда не простит тебя. Смотри, что я могу тебе дать.
Я сдвинулась с места, ползя по лабиринту. А Водяной продолжал мучить меня.
Мы с Казом держались за руки. Я чувствовала тепло его кожи, слегка загрубевшей, но все же мягкой. Он улыбнулся мне. Мы поцеловались, и я почувствовала его губы на своих…
- Нет. Это ложь. Ты не заставишь никого любить меня, у тебя нет такой силы. Ты запрешь меня в одном из видений, чтобы управлять мной, как марионеткой. Это ведь ты добиваешься? У тебя нет самой силы, но использования сил рожденной с мастерством тебе подойдет, - я покачала головой. – Я не…
И следующая картинка заставила меня замолчать.
- Отец, - прошептала я.
Он ждал меня у хижины, опираясь на трость, а другой рукой обхватывая связку хвороста. Кривая улыбка появилась на его лице, а в глазах – искры, его рот открылся, чтобы заговорить со мной.
Я пыталась избавиться от этого видения.
- Нет. Это не правда.
Но похоже на правду.
Лабиринт исчез. Я стала меньше, легче и быстро бежала по нашему саду. Моя магия бежала по растениям, призывала бабочек и светлячков к цветам. Пчелы гудели над моей головой, танцуя в воздухе. Отец стоял передо мной, нас разделяло несколько шагов, и могла даже дотянуться…
- Нет, - прошептала я, борясь с видением. – Не могу. Я никогда не вернусь.
Тебе и не нужно, рожденная с мастерством. Принеси мне Угольный камень, еще не поздно. Ты можешь. Он существует. Я ведь вижу твои мысли, глупая девчонка. Забыла?
Я должна поверить, что могу это сделать.
Я сжала зубы и поползла по траве. Приходилось подтягивать себя руками и одной ногой. Я не могла сдаться. Если найти укромное место и спрятаться там, я смогу выждать. Если я смогу призвать огненный шар… мне лишь нужно… немного дальше… Нет, не обращай внимания на онемение. Я должна верить.
Повсюду зеленела изгородь, высокая и внушительная. В лесу Ваэрг со мной был Каз. И даже если мы разделялись там, он искал меня, хотел помочь. Теперь же никто не придет. Здесь только я и Водяной.
Но я осталась собой.
Клац-лац-щелк-лац.
Я обернулась, в меня полетела сыворотка. Она попала в меня с такой силой, что я отлетела в сторону, врезавшись в стену листьев. Я попалась, как муха в паутину. Ветки царапали шею сзади.
Я же говорил, что найду тебя, - сказал он.
- Это не конец, - отозвалась я, трепыхаясь. Тело быстро сковывало холодом, проникающим под кожу.
Я так не думаю.
Водяной полз ко мне, перебирая длинными, как у насекомых, лапками, пластины на теле щелкали. Зубы лязгали, с них капала слюна.
- Больно? – спросила я.
Водяной вздрогнул. Он замер и поднял уродливую голову, я увидела свое отражение в черно-зеленых глазах.
О чем ты, рожденная с мастерством?
- Смерти предков. О них больно думать? Это не дает тебе спать по ночам? Я знаю все. Я знаю, что ты все еще чувствуешь…
Молчи.
Сыворотка попала мне на лицо, закрыв нос и рот. Безнадежно. Он может проглотить меня целиком, вот только я не позволю. Я отогнала эту мысль, словно отмахнулась от мухи. Я – злость. Я – ярость. Я борюсь со своей гибелью и смертью дорогих мне людей. Я – жар, бегущий по венам. Я – огонь.
Водяной бросился вперед, но я была быстрее. Пламя слетело с моих рук и ударило в Водяного, сбивая его на спину. Он верещал от боли, лапки били по воздуху.
Я билась в оковах застывшей сыворотки. Ноги не касались земли, руки были прижаты к бокам. Я не могла дышать. И я задыхалась, словно тонула. Но я верила, что смогу освободиться силой воли. Если я призову природу, то все смогу. Я слышала шум крови в ушах, зубы стучали от холода. Перед глазами плыли белые точки. Но я не сдамся. Я извивалась. Я не прекращала двигаться, превозмогая онемение, призывая мастерство на помощь. И понемногу сыворотка трескалась, и я, наконец, вдохнула.
Водяной визжал, его плоть горела. И этот запах скрутил мой живот. Мое пламя сжигало врага. Я смогла. Я убила, и… я не чувствовала себя победившей или всесильной… но я чувствовала жалость и… облегчение.
Я стояла, пораженная видом пламени, но напуганная гибелью монстра. Я задумалась, стоит ли что-то сказать перед его смертью, но что сказать? Что без него мир станет лучше? Это звучало торжественно, но я не чувствовала этого. Я не считала, что чью-то гибель стоит праздновать, даже если это был ненавистный мне Водяной.
Я не позволила ненависти овладеть мной, но шагнула к пламени и положила ладонь на горящее тело. Огонь не обжигал меня, ведь его создала я.
- Забери его, ветер, - сказала я.
Я не готов уходить.
Я закричала, а Водяной изогнулся и впился зубами в мое запястье. Что-то треснуло, и это было слышно сквозь клокочущее пламя. Я с ужасом осознавала происходящее, чувствуя боль, видя его черные зубы, а время, казалось, замедлилось. Я застыла, боясь, что потеряю руку, но не могла ничего с этим поделать. Ведь хрустнула моя кость.
Мои вопли возносились в пустое небо, кровь текла из обрубка. Я отшатнулась, потрясенная потерей руки, глаза в ужасе расширились.
Надеюсь, прощальный подарок тебе понравился, - сказал Водяной.
Я едва это слышала. Боль парализовала меня, я не могла пошевелиться.
Тело Водяного дымилось. Мои колени дрожали, потеря крови путала мысли. Сознание заволокло туманом. А черные щупальца дыма поднимались в небо. Они становились все длиннее, окружая Красный дворец. И растворились.
Колени подкосились, и я рухнула на землю. Огонь угас. Водяной превратился в горстку пепла. Я убила его. Наконец.
Но какой ценой?
* * *
Я проснулась от низкого монотонного голоса. Голоса священника. В последний раз я слышала проповеди в Хальц-Вальдене, и воспоминания тут же отправили меня к урокам в церкви. Селина, богиня ветра. Забери с собой в полет, Селина. Святая богиня ветра. Защити нашу деревню. Защити нас от зла. При этом мы кланялись и думали о полете. И я представила себя птицей, летящей над землей и смотрящей на проносящиеся внизу поля.