— Лёнчик, докажи. Ну, ты же видел, а? Видел же? — дрожа от отчаяния, молил Валера.
— Ты о чём? — ответил вопросом бледный Лёнька. На его лбу надулись голубые вены, которые пульсировали. Руки покрылись мурашками.
Впрочем, и Валере безумно холодно. Ветер завывающий из разбитого окна остудил комнату в домике.
Лагунов вспомнил красную книгу, но когда проверил рюкзак и сумку, ничего не обнаружил. Сказочная книжонка, будто, исчезла.
— Это уже не смешно, ребзя. Где она?
— Веронику наказали, она на Волгу ходила.
— Нет, не она. А книга, красненькая такая, с золотыми буковками.
— Валерчик, ты головой стукнулся? Какая книга? — спросил Гуреев. — То окна бьёшь, то книги спрашиваешь, которых нет. Может у Валеры солнечный удар?
Мальчишки осматривали с ног до головы Лагунова, до тех пор, пока один из них не воскликнул, — Я же говорил он стукнутый. А вы всё, нет да нет, — дрожа, сделал заключение Лёнька.
Валера понимал, что это сделали они ради прикола и пребывал в шоке. А как вспомнил чудовище, так сразу же покрылся ледяными, колкими мурашками, заставляя волосы дыбом встать.
Здоровый монстр, с красными глазами. Тело усыпано длиннющими, дубовыми волосами. Морда как у волка, вытянутая, только с носом как у человека, провалившимся ближе к костной перегородке внутри. Быть сожранным на ужин не воодушевляет Валеру. Благо, неведомое поле спасло, но не факт что это чудовище не захочет плотно отужинать ещё раз. Да и почему монстру нужен Валера? Лагунов ещё больше убедился, что это баб Нюра. Только она могла, больше никто. Впрочем, Валерчику больше никто не знаком со скрюченными пальцами и черным котом.
Парни разбежались по кроватям, накрывшись с головой под полуторные одеяла из верблюжьей шерсти. Хорошо что пододеяльник, спасает от колкости ворсинок, немного проникающих сквозь трикотажную ткань.
Валерчику не давали уснуть мысли и рассвет. Он вышел из домика и положил руки в карманы. Вдыхал свежий, прохладный ветерок, который развивал рыжие волосы, заставляя замёрзнуть. Сегодня с утра холодно, или же дают знать о себе нервы и длительное времяпровождение в студёном помещении. Впрочем, и не до розыска оправданий сейчас. Валерчик железно решил пойти сегодня вечером и последить за Нюрой после отбоя.
Он стоял и осматривал территорию лагеря. Толстые сосны, ветви которых освещали солнечные лучи, которые только показались из-за горизонта. Запах рыбы и свежести врезались приятной прохладой в рецепторы носа.
Каково же было удивление, когда Анастасийка шла в столь ранний час, не оборачиваясь.
— Настя. Насть, — еле слышно пытался окликнуть.
Реакции ноль, Настя ускорила шаг. Валера пошел следом. Анастасийка зашла в соседний домик. Мальчишка тихонько приоткрыл дверь и увидел, как она вытащила ленту изо рта и впилась медленно в шею беляку, мальчику альбиносу. Звучали скользкие звуки, и трески, будто кости ломались и выворачивались наизнанку. Беляк закатывал глаза, которые моментально краснели, заволакивая краснотой белок. Глаза побагровели и сложилось впечатление, что они вот-вот лопнут. Валера прибывал в шоке от увиденного. Он надеялся, что хоть когда-то изобретут нечто такое, чем можно будет снимать увиденное, а потом показывать всем.
Анастасийка убрала лентовидный язык и обернулась в сторону Валеры. Красные глаза. Резкие движения головы из стороны в сторону, словно кошка охотиться на мышку, наблюдая за всеми её движениями. Она вдыхала всё глубже воздух, закатывая глаза. Затем раскрыла рот, показав два белоснежных клыка.
"Неужели Анастасийка та кровопийца? Я всё равно прослежу за баб Нюрой, только надо как-то сбежать после отбоя", — подумал Валера и устремился скрыться в свой домик.
Он оказался на улице, бежал изо всех сил что были, но запнувшись за кирпич, упал и содрал колено. Встал, отряхнувшись и хромая вернулся в свой домик.
От стресса ему хотелось спать. Глаза закрывались, не давая шанса на бессонницу. Он, не раздеваясь, лег на свою кровать и сразу же провалился в сон.
Толпа людей из ста человек, которые бежали. В прыжке человеческие ребра ломались и становились больших размеров. Люди верещали от боли, возрастая до трёхметровых размеров. Вылезали волосы сквозь кожу, прорезая её. Нос становился, словно вдавленный в переносицу и торчали выпуклые ноздри. Глаза краснели. Вырастали длинные, толстые когти. Широко раскрытые пасти, из которых вырывался жуткий крик, доводящий до дрожи.
Навстречу стае непонятных волков, бежало порядка пятисот человек, у которых краснели глаза, белела кожа и вырастали крылья за спиной.
Настигая друг друга, раздирали плоть каждого, отрывая головы и другие конечности. Кровь и мясо летело в разные стороны. Над жуткой войной, взмыла ввысь рыжеволосая девушка с красной книгой в руках. Открыв ее, разлился свет, который обжигал кожу бледных людей и сжигал волосы у огромных монстров с большими когтями. Раздавался истошный рев со всех сторон.