Валера выглядывал из-за угла дома. Серп Иванович повернулся к нему спиной. Мальчишка снова пробежал расстояние до второго домика, и только старичок обернулся, как Валера успел встать за стену.
В следующем и жил Валерчик. Старик, как назло, стоял именно там. Мальчишка словно на пороховой бочке, которая в любой момент может взорваться. Ведь, из комнаты Людмилы Петровны был, хороший обзор на то место где, прятался Валера. Выбирать не приходится. Есть два варианта, один "краше" другого: увидит директриса и снова накажет из-за него весь отряд, или заметит дядь Серп и передаст Петровне. Впрочем, наказания и так и так не избежать. А быть изгнанным ребятами, до конца летних каникул в лагере, не горел желанием. Фибры души колыхались с каждым приближающимся звуком косы. "Вжух-вжух-вжух". "Вжух-вжух-вжух".
Валера набрался смелости и побежал что есть сил, в свой домик. Умело успев миновать дворника, зашёл в дверь. Благо, мальчишки не заперли ее с вечера.
Валерка выдохнул. Страх опускался медленно к стопам, покидая тело. Он прилёг на свою койку, быстро дыша, приводя молниеносный темп сердца в обычное состояние.
Остальные парни сладко сопели, закутавшись под одеялом с головой, что принуждало Валерины глаза закрыться, унося в сновидения.
Темнота. Безумно жарко. Звуки костра, толстые языки пламени.
Грубый мужской голос, — Непроглядная тьма спустилась с небес, нагрянула на твой ум, рыжая развратная валькирия племени кендус. Увы, ты не ответственная за свои мысли и желании.
— Ведьма, ведьма, ведьма, — кричала толпа пожилых мужчин, в один голос.
— На костёр её, — поддерживала старуха дряблым, свистящим тоном.
— Сжечь. Пожертвовать её душу дьяволу, — требовал седовласый мужчина, который тут же появился среди огня.
Воспрял крест, на котором распята, та же рыжеволосая девушка. По её ступням и запястьям струилась голубая жидкость. Она плакала, и верезжала в голос от боли. Ведь её душу готовили пожертвовать чёртову искусителю.
— Она ещё и голубых кровей? — удивленно воскликнул кто-то из толпы.
— Да, валькирия с голубой кровью и богатой наследственностью. У неё внутри быстротечно растет плод, от величайшего главаря племени кендус. Чёртов искуситель, щедро наградит вершками за её душу, — величественным тоном произнес седовласый деспот.
Надзирательным взглядом осмотрел с головы до ног рыжую деву, продолжая измываться над ней.
— Если мистер Калвис, соизволит прибыть до того, как пламя воспылает с новой силой, он сможет сберечь свою девку и ничтожное грязное отродье.
Жуткий визг, раскрытая пасть, большие клыки и всё вмиг исчезло.
— Валер, Валера, вставай пожалуйста, — говорил Корзухин. — Ленка не просыпается. Что нам делать? Мы её всем отрядом будим, она не встаёт.
— Так, чё ты меня трясешь-то? Надо Людмилу Петровну, она здесь? — протирая ладонями глаза ото сна, возмущался Валера.
Лёнька помотал головой.
— А чё стоишь? Пойдем к ней?
Валера и Космос побежали в небольшое одноэтажное здание, окрашенное, снизу синей краской, резко переходящий в жёлтый цвет сверху. Дёрнули деревянную дверь, она не открывается.
— Людмил Петровна, Людмил Петровна, — кричали мальчишки, стуча в дверь.
— Иду, иду, — слышался заспанный голос сквозь открытую, деревянную форточку, которая немного постукивала от ветра, так как деревянным рамам нужен ремонт.
Дверь открылась, Людмила вышла с сонными глазами, в подпоясанном белом халате. — Что случилось? — раздражённо спросила. Её позвоночник и кожа, помнили ощущения теплой уютной кровати, отчего разомкнуть веки было ещё сложнее.
— Леночка, ваша Леночка, она спит и не просыпается. Помогите.
— Идите в домик, скоро приду.
Валера и Лёня развернулись и пошли медленным шагом в сторону домика.
— Я бы тебе рассказал, но ты всё равно не поверишь, — сказал еле слышно Валера.
— Что рассказал?
— Ты укусил Лену.
— Чего? Ты умный, нет? Хотя, что я спрашиваю, очевидно, ты тупой.
— Я тебе серьезно говорю. Ты её укусил.
— Валер, отвянь, и без тебя проблем хватает.
Лагунов не выдержал и с наездом пытался выяснить, — Космос, может, ты мне расскажешь, а? Как вы заколебали все врать.
— Валер, да какая муха тебя укусила?
— А тебя? Или тебя укусил монстр? Что ты Леночку чуть ли не сожрал, а?