Запах жжёной плоти, запечённой крови и тухлого мяса — вводили в ужас людей, покрывая колкими мурашками, продирающими до позвоночника.
— Что за погодные явления такие?
— Никогда раньше такого не встречали, — общались между собой родители Валеры.
— Взять, — вопил один из вампиров.
— Разорвать бренные тела, — вдохновлённый жаждой мести, облизываясь, прошипел Калвис.
Запах человеческой крови и свежей плоти продирали до костей. Взбудораженные мысли сгущались в черное облако, которое тут же появилось на мрачном небе. Из него проглядывались молнии и сильный ветер.
Вампиры испокон веку беспощадные в желаниях, жаждали извращений в мести. И вкусить человеческие красные тельца, пустив их по мышцам.
Плоть и кровь каждого смертного человека, застывала в ожидании худшего. Холодный ветер и мрачная погода добавляла ужаса и отчаяния. Родители ребят сидели на месте не шелохнувшись.
Из необращённых оставалось только пятеро детей. Демон Брукс, заселившийся в тело Людмилы Петровны, умело строил из себя эту женщину. Он обладал даром: видения характера и познания мыслей и прошлого женщины. Ему не составило труда считать информацию, загрузить её в мозг.
Успешно воспользовавшись её телом, как ни в чём не бывало, пришёл в дом к детям, которые ничего не знали о произошедшем.
— Так детки, конфетки, — прихлопнула в ладони Людмила. — Собираемся и идём в хоровую комнату. Я вам дам поручение спеть новую песню. Пугачеву, знаете такую? Её песни, как бы мне влюбиться и не спорь со мной стали победителями в конкурсе Песня месяца, проводимом на Всесоюзном радио. Её единственный вальс, собственного сочинения, вообще всем в нашем лагере нравится. Да-а-а, ребята, — махнула рукой Петровна. — Ничего та вы не знаете.
— А я-то думал и Людмил Петровна не знает, — удивился Кирилл Добронравов, делая глаза ещё большего размера.
— Да, до сегодняшнего дня и не знала. Странная она сегодня, — проговорила Виктория.
Ни в чём неповинные и не подозревающие дети, одели связанные жилетки синего цвета и прошли следом за Людмилой Петровной. Хоровая комната находилась неподалёку от столовой. Один из детей обратил внимание на то, что тучи сгущались. Сквозь густые ветви сосен были слышны раскаты грома, где-то проглядывалась вдали молния. Валил черный дым от домика, где ночевала Людмила Петровна.
— Ну и погодка сегодня, — с ужасом сказала Виктория. — Людмил Петровна, что-то горит?
— Нет, Вик, что ты, — спокойно ответила Людмила.
— Да, я с тобой полностью согласен. Где-то что-то горит — кивая головой говорил Васька.
— Есть такой закон подлости, — добавляла Юленька. — Когда какие-то выступления и нам надо одеваться в красивые костюмы, всегда портится погода, да?
— Точно говоришь, — подбадривала диалог Вероника.
Пионеры вошли в ни в чём неприметный домик. По центру комнаты стояло пять деревянных гробов на железных козлах, по металлу которых стекала голубая жидкость.
— Что-то-то-то-то это? – заикаясь, спросила Виктория.
Людмила Петровна сбросила кожу с одеждой на пол. Так же, как и у остальных вампиров племени кендус, осталась лишь мышечная ткань. Ребят это повергло в шок. Не подвластные телу, мыслям и желанием пионеры стояли в ступоре, разглядывали каждую мышечную ткань, вглядываясь в каждую кровавую складку.
Монстр лёгким движением руки поместил каждого ребёнка в гроб. Взмахнул левой рукой, закрылись три деревянных гроба с ребятами. Махнул правой рукой, закрылись два последующих гроба.
Пионеры, тем временем, отошли от шока и стучали, что было силы, по деревянной крышке гроба.
— Помогите, спасите, — кричала Виктория. — Людмилочка, миленькая. Мне ж, еще рано умирать. Пощадите, пожа-а-алуйста, — молила девушка разбивая кулаки о деревянную крышку гроба. Из зелёных глаз текли слёзы, отчаяние заволокло мозг и разум девушки. Перед глазами пролетала вся жизнь, она понимала, что, возможно, никогда больше не увидит родителей.
Брукс махнула рукой. Стены задрожали. Дощатый пол разлетелся в разные стороны. В земле появилась глубокая трещина, перерастающая в яму двухметровой глубины.
Монстр управлял гробами, словно кукловод куклами. От остатков кистей рук кровь летела в разные стороны.
Кровавый монстр махнул правой рукой, разбрызгивая капли крови и умело погружая гробы с ребятами в эту яму.
Затем провел левой рукой по воздуху, словно запечатывая землю, которая, тем временем восстановилась. Дощатый пол собрался словно мозайка. Будто и не было этих разломов земли и разрушения дощатого пола.
Ребятки, тем временем, понимали, что их похоронили заживо. Они ощущали давление над крышкой гроба. Холод постепенно проникал внутрь, заставляя замерзать каждого из них. Воздуха становилось всё меньше. От безумного страха Виктория глубоко и быстро задышала, сжигая, тем самым, остатки воздуха.