Деревянная колодка обуви, издавала грубый стук, несмотря на доски из которых сколочен мосток. Впрочем, все гости лагеря «Буревестник», слыша данный звук, трепетали душой. Так как понимали что вот он, наш спаситель, несет нам колбасы, булочки и самое вкусное и знаменитое это жвачка. Апельсиновая, клубничная или мятная – кому какая попадется.
— Вы уже прибыли, Юрий Осипович? — спрашивала с озабоченностью новенькая руководитель Ирина Михайловна.
Женщина тридцати лет. Одетая в жакет с английским воротником, из-под которого выглядывал белый воротник блузки.
Юрий строго осмотрелся. Он пробрался кончиками пальцев сквозь густые черные волосы и почесал затылок. В его карих глазах читалось вдохновение от лагеря. А в голове пробегали воспоминания, как он основал "Буревестник". Домик за домиком выстраивался медленно.
Он важным шагом прошел в сторону лагеря.
Простирались леса, усыпанные толстыми соснами и небольшими домиками, окрашенными в синий цвет. Резные желтые балкончики, украшенные небольшими петушками, вырезанными из древесины и окрашенные половой краской.
Юрий Осипович зашел на территорию лагеря. Увидев символ олимпиады, крикнул вожатой Веронике, — Уважаемая, а почему так криво повешены кольца?
Милая девушка, стыдливо опустила зеленый взгляд, затем приступила крутить между указательных пальцев, подол черного фартука, одетого на белую рубашку.
— Так, это ж, дядь Гриша и дядь Боря повесили. Я им говорила, что надо левее, а они не видят совсем, — Ника виновато поджала губу, ожидая жесткого ответа главного.
— Товарищи рабочие, — указывая широкой ладонью в сторону теплохода, произносил слова, четко проговаривая каждое. — Разгружайте привезенное из Москвы в пищеблок.
Он удалился. Грустная Вероника провожала их взглядом. Затем обернувшись в сторону колец, прицыкнула языком и покачала головой, скрестив руки на груди.
Чуть подальше, на футбольном поле, собралось вкруг много девочек и мальчишек. Одетые как один – девочки в белые блузки, черные юбки и черные туфли, мальчики в белые рубашки и черные шорты. Из-под черных сандалий выглядывали белые гольфы с красными оборками. У каждого на груди, красовался значок в форме красной звезды с изображением Ленина и надписью «Всегда готов».
— Так, — командовала пухлая женщина, — Все мы знаем, что через неделю будет олимпиада в Москве. В преддверии ее, мы должны придумать различные конкурсы. Но так как Вероничка, девочка клубничка, провинилась в прошлую смену, все праздники отменяются.
— У-у-у-у, — протянули все ребята из строя.
— Опять Вероника за свое, — произнес кто-то из толпы недовольным голосом.
— А чё, мы не будем смотреть, как мочалки купаются? — спросил мальчишка приблизительно метр сорок ростом.
— Не смешно Корзухин, — поправляя указательным пальцем, очки на переносице, проговорила Людмила Петровна, заведующая лагерем. — Я не люблю задавак, Лёня. Так что смирно, и слушаем дальше, — она широкими жестами рук, расправляла ватман на столе, прикусывая нижнюю губу, отчего они становились еще тоньше.
Девочки шушукались у неё за спиной.
— Не поняла, — процедила она, гневно оборачиваясь. — Вам что, должность вожатой лишняя? Молчать! — закричала в противный голос. — Здесь говорю я. Кому не нравится, на праздник Нептуна не идут.
— У-у, — в один голос протянул весь отряд.
— Опять вы за своё, — возмущалась светлая девушка. Это была Виктория.
— М-да, отряд. С вами кашу не сварить. Вы какие-то не компанейские. Ла-а-а-адно, — протянула Людмила. — Уговорили, так и быть. Вожатая Леночка.
— Да, — мило отозвалась щуплая девчонка, шестнадцати лет. Одетая, как и все остальные, невысокого роста. Ресницы, брови и волосы чёрные как смола.
Людмила Петровна любила Леночку Пегасову, так как та всегда шла на уступки, и даже в самых обидных высказываниях в ее сторону, никак не реагировала, а спокойно выслушивала и со всем соглашалась. А кто не любит подлиз?
— Ты организуешь праздник Нептуна. Будут какие-то вопросы, подходи. Лагунов.
— Я, — раздался голос рыжего парнишки из строя.
— Ты организуешь разговоры у вечернего костра.
Парень цыкнул, — Ну, Людмила Петровна, я же ничего не знаю.
— Ничего, — покачала головой женщина. – Какие твои годы, до свадьбы научишься.
— А последним, организацией лагерных предолимпийских игр, займусь я.
Женщина утихла, разглядывая плакат, лежащий на столе. Большой лист ватмана, расписанный разными девизами пионеров: "Из искры возгорится пламя", "Бороться и искать, найти и не сдаваться", "Орлята учатся летать".