— Я так рада...
Харуюки казалось, что они провели в ускоренном состоянии довольно длительное время, но когда они вернулись в реальный мир, то он увидел, что не успело пройти и минуты.
Из приоткрытой двери доносился заманчивый запах свинины в соусе, но до ужина, который должен начаться в половину седьмого, оставалось ещё почти десять минут. «А ведь я столько летал, ждал и сражался!» — мысленно пожаловался Харуюки, но, увы, бёрст линкер не мог замедлить время для своего сознания.
Он, продолжая лежать на кровати, заметно более мягкой по сравнению с его собственной, медленно выдохнул.
— Ну ладно, Хару, давай хоть тут плакать не будем, — послышался голос слева, и Харуюки рефлекторно повернулся.
И действительно, стоило ему так сделать, как из глаз скатилась таинственная жидкость, пробежала по щеке и упала на покрывало.
— Я н-не плакал! — запротестовал он, словно маленький мальчик, и быстро вытер глаза ладонью, но слёзы продолжали течь, словно из прохудившейся трубы.
Понимая, что спорить уже бесполезно, он собрался повернуться спиной к Тиюри...
Как вдруг сквозь пелену перед глазами увидел, что и на её лице было что-то блестящее.
— Да ты и сама плачешь, — надувшись, прошептал Харуюки.
Тиюри же не стала прятать слёзы, вместо этого широко улыбнувшись.
— Ведь... ведь меня переполняет и радость, и печаль... что я могу поделать против сразу двух эмоций?
— Ну, да... против двух, конечно, ничего... — согласился Харуюки с её странной логикой.
В то же время в глубине души он понимал, о чём она говорила.
Большую часть эмоций, которые испытывал Харуюки, провожая взглядом Маженту Сизза и Авокадо Авойдера, составляла именно «печаль».
И печаль эту подпитывали мысли о том, что всё могло сложиться по-другому.
— Почему?.. — спросил Харуюки, глядя в потолок, ощущая, как к горлу вновь подступает ком. — Почему мы должны вот так сражаться с ними?..
Если простые дуэли на обычных дуэльных полях являются именно «раундами» файтинга, где в бою сходились умения, знания и характеры, то битвы на Инкарнациях на неограниченном нейтральном поле — именно «войны», где в яростных схватках сталкивались гнев и ненависть.
Хотя Харуюки и стал бёрст линкером всего восемь месяцев назад, а пятого уровня достиг совсем недавно, он уже не раз проходил через это. И в таких битвах он не ощущал ни азарта, ни наслаждения. Сегодняшняя битва с Мажентой Сизза не оказалась исключением. Ему удалось с трудом вырвать победу с помощью Лазерного Меча, воспользовавшись уязвимостью противника, полагающегося на Тёмный Удар, но от этой победы в его сердце осталась лишь грусть.
— Если бы мы не считали Сетагаю заброшенной зоной, а ходили бы туда в гости... и повстречались бы с ними, хотя бы как бёрст линкеры с бёрст линкерами, сразились бы с ними в обычных дуэлях, то наверняка и они...
«Стали бы нашими друзьями», — эти слова застряли в его горле. Харуюки вновь попытался отвернуться, но тут Тиюри ухватила его за плечо.
— Ещё... ещё не всё потеряно, Хару. Давай встретимся с Мажентой и Авокадо снова, после того, как мы уничтожим все ISS комплекты. И позовём с собой Таккуна, Снежку, Фу и Уи. И тогда... и тогда...
— Да... ты права, — Харуюки кивнул и вытер глаза. Слёзы, наконец, прекратились.
Тиюри поднялась с постели, потянулась к коробке с салфетками и вытерла глаза. Затем она отключила их кабели и, сматывая их, заговорила уже совсем другим голосом:
— А теперь о главном, Хару. Я всё видела! Ты блестяще отразил лазер Култян! Выходит, ты успешно освоил эту способность?!
— Э? Ну-у... даже не знаю... — произнёс Харуюки, поднимаясь с кровати и почёсывая голову.
В ответ от Тиюри донёсся разочарованно-сокрушённый голос:
— Что это ты изображаешь? Ты что, не можешь даже сказать, выучил ты способность или нет?!
— В-видишь ли... чтобы это узнать, мне нужно, чтобы меня кто-то ещё атаковал лазером...
— Ты чего?! Тебе не нужно так мучиться, просто открой меню Брейн Бёрста и посмотри на окно статуса Сильвер Кроу, только и всего!
— !.. — Харуюки, осознав её правоту, хлопнул руками о колени, а лицо Тиюри стало ещё более сокрушённым.
Харуюки, впрочем, сразу полез в меню и не заметил этого. Щёлкнув по иконке в виде пылающей буквы «В», он открыл за этим окно статуса аватара.
Затем он с опаской открыл закладку способностей. На мгновение ему захотелось отвести взгляд в сторону, но он стиснул зубы, посмотрел в окно... и увидел в нём две строчки.
— О, ого! Две! — воскликнул Харуюки, и нетерпеливая Тиюри немедленно подалась вперёд.
— А ну-ка, дай посмотреть!
Вновь размотав XSB кабель, она соединила их нейролинкеры между собой. Чтобы увидеть окна Брейн Бёрста, мало установить кабельное соединение, необходимо и самому быть бёрст линкером.
— Та-ак, ну-ка...
Тиюри прижала к нему своё лицо практически вплотную, и они вместе пробежались глазами по открытому окну.
Текст на первой строчке гласил «Aviation». Это хорошая знакомая всем способность полёта.
А вот на второй написано... «Optical Conduction».
— Э-э... — изумлённо обронил Харуюки.
Тиюри немедленно удивлённо наклонила голову.
— Странно... я думала, что «Идеальное Зеркало» по-английски будет писаться... несколько по-другому.
— А-ага... я тоже так думал... — Харуюки кивнул, ощущая, как в груди его растёт нехорошее предчувствие.
Но он тут же напомнил себе, что смог стать зеркалом и действительно отразил лазер. С этими словами он открыл словарик и попытался произнести в него эти слова.
Судя по всему, получилось у него неплохо, и словарь немедленно выдал ответ. Вместе с Тиюри они медленно прочитали его:
— Оптическая... Проводимость?
Вот только от перевода смысла особо не прибавилось. Харуюки и Тиюри дружно склонили головы, и в этот момент с другой стороны двери послышался долгожданный голос её мамы:
— Ти, Хару, ужин готов!
Ощущение голода и предвкушения тут же выбили из головы сомнения и страхи, возникшие из-за того, что он выучил вовсе не то Идеальное Зеркало, о котором ему говорили на Конференции Семи Королей.
Харуюки вздохнул, повернулся к Тиюри и сказал:
— Продолжим после ужина.
В ответ девушка, с которой он дружил уже четырнадцать лет, покачала головой и ответила:
— Иногда, Хару, я сама поражаюсь тому, насколько крепкой бывает твоя психика.
Глава 6
На следующий день, 27 июня.
Фронт сезона дождей упорно не хотел покидать Токио, и сегодняшнее утро вновь началось с измороси.
Харуюки вышел из дома на десять минут раньше обычного, прихватив с собой старый отцовский зонт. Он пошёл на юг по тротуару Седьмой Кольцевой, пробираясь к пешеходному мосту через Центральную Линию. Сегодня настал четверг, день очередной битвы Аш-Кроу.
Одно из неписанных правил этих битв состояло в том, что победитель прошлой битвы тратит одно очко, чтобы вызвать проигравшего на бой в следующий раз. Однако в конце прошлой битвы, во вторник, Сильвер Кроу и Аш Роллера ударила молния уровня «Гром и Молния», одновременно прикончив их обоих.
В случае ничьи в следующий раз дуэль начинал атакованный игрок, и, следуя этому правилу, нынешнее право вызова принадлежит Кроу. Однако сегодня Харуюки, забравшись на мост, не подключил нейролинкер к глобальной сети. Вместо этого он прошёл дальше, вновь спустился на Седьмую Кольцевую и встал у входа в магазин на углу.
Минуты через две недалеко от него остановился зелёный электроавтобус, и из него вышел один пассажир. В руках она держала белый зонт, а на плече — небольшую сумочку, которая мелко подпрыгивала, пока девушка бежала в его сторону.
— О-осторожно Кусакабе, не спеш... — поспешил предупредить её Харуюки, и в этот самый момент её коричневая туфля скользнула по влажной дороге.
Вмиг потеряв равновесие, девушка завалилась сначала налево, затем направо, а затем каким-то чудом умудрилась остановиться перед Харуюки, так и не упав.