* * *
Деревенские жители хорошо знали Нуно – сына хозяина здешних земель. К тому же любопытство и страсть к освоению ремесел уже не раз приводили юношу в их дома и мастерские. Еще совсем мальчишкой Нуно то и дело забредал в эти места.
Но расспросы этих людей почти ничего не прояснили. Кроме Агостиньо, никто больше не видел всадников, один из которых затем был найден мертвым. Самый последний из крестьян, которых расспросили Нуно и Эстела, сказал, что убитый, должно быть, действительно служил в крепости Лейрия – он видел по воскресеньям, как тот ездит по дороге, которая ведет из крепости в портовый городок Вилла де Порто. Там, стало быть, жили его родные.
По дороге в поместье Нуно почти не разговаривал ни с Эстелой, ни с Луишем. Он все никак не мог выбросить из головы выражение лица покойного Криштиану, простого человека, которого он когда-то знал. Что-то во всей ситуации не давало ему покоя и не позволяло отвлечься. В конце концов он решил, что обязательно разыщет его семью и постарается чем-нибудь им помочь, и сообщил об этом Эстеле.
– Когда вернусь домой, сразу пойду на рынок. Спрошу там людей. Может быть, кто-нибудь знал этого Криштиану, – заговорила Эстела. – Из тамошних сплетен почти всегда можно установить истину.
Луиш успел где-то угоститься вином. Теперь он плелся где-то позади, время от времени доставал из-за пазухи глиняную флягу, чем-то булькал, а затем продолжал рассказ, который начал еще на опушке:
– Так вот, старики говорят, что это дело рук Красного Призрака. Бродит такой по берегу морскому и окрестным рощам. Давно бродит. Иные старики его еще в детстве видали. А красный он потому, что кровь пьет.
Эстела и Нуно молча обменялись улыбками.
Между тем солнце тонуло в море. В лесу стало заметно темнее. В сумке Луиша, притороченной к седлу, лежали заготовленные факелы на случай, если станет совсем темно.
Эстела, слыша неизменную икоту Луиша вслед за бульканьем в его фляге, только беспечно хихикала, запрокидывая голову назад и закрывая глаза.
– И вот шастает этот Красный Призрак, где хочет. И святили эти места, и водой крещенской кропили, а все без толку. Что ни год, обязательно покойник будет, либо коров испортит, либо ослы взбесятся. Одной вдове представился бедным путником, да так ее в кровати и нашли без единой кровинки в теле. Одно слово: Красный Призрак.
С этими словами Луиш грохнулся оземь. Оглушительно залаял Дуарте.
Нуно тотчас спрыгнул с коня и подбежал к Луишу. Схватив старика за шиворот, он начал его поднимать. Тот вдруг закричал:
– Да ничего мне не станется, Нуно! Меня с крепостной стены бросали, мне теперь все нипочем.
А Эстела всё смеялась своим серебряным смехом.
Чуть позже в глубине леса показались огни, а следом послышался конской топот. Спустя минуту к Нуно и Эстеле подъехал Рауль, державший над головой факел. За ним виднелась гурьба дворовых парней верхом на рабочих лошадях.
– Вы в порядке? Донна Мануэлла велела послать за вами.
* * *
Когда Нуно и Эстела вернулись к семейному ужину, они увидели, что прежние сотрапезники, а также новые люди, включая эконома, управляющего и учителей Нуно, заскучавших без своего воспитанника, сидели во главе стола, возле Леандро и сеньора Бьянко. Все уже успели поужинать и, судя по их приподнятому настроению, даже прогуляться до винодельни, которая располагалась сразу за виноградником, всего в ста шагах от конюшни.
Леандро снова что-то рассказывал венецианцу, а другие смотрели то на одного, то на другого, и время от времени поддакивали главе семейства, либо, перебивая друг друга, дополняли его речь собственными суждениями. С лица сеньора Бьянко не сходила улыбка. Со стороны могло показаться, что он важный господин из столицы, который специально приехал выслушать жалобы и пожелания провинциалов. Музыкант, сидя на стуле, спал с детской улыбкой на лице, и никто его даже не пытался разбудить.
Когда молодые люди вошли, Мануэлла смерила взглядом сначала Эстелу, затем Нуно. Кажется, она немного расстроилась. Леандро при виде сына положил ладонь на руку сеньора Бьянко, который что-то ему отвечал, и участливо произнес:
– Простите, сеньор. Ну как, Нуно? Что там случилось?
– Нашли мертвого человека, – ответил Нуно. – Это парень, которого я знал в детстве. Деревенские сказали, что он мог служить в замке Лейрия.