В других залах, где располагались небольшие сады, выращивали фрукты и овощи. Они росли на земле, насыпанной в особые ящики.
Обычно эти многочисленные просторные помещения находились, как и сейчас, под открытым небом. Но при необходимости – во время чрезмерной жары или затянувшихся дождей – их закрывали легкими щитами, из которых можно было мгновенно сделать крышу. Кое-где такими щитами закрывали и проемы в стенах. Щиты тоже были обработаны каучуковой смесью и не пропускали воду. Из таких щитов были сделаны и хранилища, в которые собирали дождевую воду, чтобы потом она по бамбуковым стволам поступала в комнаты и мастерские. Это была питьевая вода. Прикасаться к воде в резервуарах для хранения или использовать ее в других целях – например, для поливки садов и огородов – строго запрещалось.
Но огню, который ночью мог бы осветить любое помещение гораздо лучше, чем свет луны и звезд, проникавший через открытые крыши или длинные окна, здесь места не было. Потому что пожар здесь смог бы привести к концу света. Огонь можно было получить только в одном месте – в покоях помощника Коатля, чихуакоатля Tлалуакатли Камакстли. Человек, получивший огонь, затем должен был прийти к Камакстли и сообщить, что нужды в огне больше нет и он потушен.
Вот, наконец, помещения, в которых работали ремесленники, остались за спиной Анакаоны. Теперь перед ней зеленел бамбуковый лес. Его рассекали дорожки, лучами расходившиеся из центра. Сейчас, на опушке этого леса, Анакаона увидела мужчин, которые как раз заготавливали стволы одеревеневших стеблей. Подрубив стебель внизу, они не давали ему упасть, но осторожно оттаскивали его в сторону. Ведь вершины стеблей тут удерживала огромная сеть. Она не позволяла лесу раскачиваться.
Бамбук рос с невероятной скоростью. Его побег, едва показавшийся из-под земли, за пару дней мог стать стеблем высотой со взрослого человека. Бамбук - это основной строительный материал в Тлалуакатли, так называется место обитания всех людей работающих здесь. Пока один бамбук используется в ремонте, следующий подрастает и будет пригоден для использования уже через пару недель. Поэтому запасы бамбука всегда были у здешних людей под рукой.
Однако здесь он рос еще быстрее, потому что лес орошали водой со специальными добавками. Такой водой поливали и огороды, которые удобряли птичьим пометом и навозом животных, который каждый день аккуратно собирала в залах.
Посреди бамбукового леса стоял дом тлатоани Tлалуакатли – хозяина этого города, человека, которого здесь слушались все. Этим человеком был жрец и судья Коатль.
К его дому сейчас и шла Анакаона. Чем ближе она подходила, тем больше видела других людей, стекавшихся к нему. Все они ступали только по дорожкам. Никто не смел пройтись по земле, на которой рос бамбуковый лес. Небольшой одноэтажный дом с крышей из камыша уже окружала гомонившая толпа.
Узнав про иксиптлатли, плененного на неведомом берегу и привезенного для фестиваля, люди сильно встревожились. Никто еще ничего не рассказал им толком. Сейчас кто-то из них дрожал от страха и говорил, что пленник – приближенный богов, а то и их посланец. А ведь его, говорят, чуть не удавили! Говорят, он упал с неведомого животного, сильно ударился о землю плечом и теперь обездвижен. Другие радовались – ведь иксиптлатли, пусть его до сих пор и не удалось разговорить, мог принести добрые вести, рассказать, как защитить себя и детей от обычных невзгод, как навсегда покончить со вспышками голода и болезней, как достичь всеобщего процветания и как будет рад этому подарку Тескатлипока.
Подойдя к толпе, Анакаона, громко сказала:
– Тицитл для иксиптлатли!
Люди обернулись к ней и расступились. Многие приветливо ей кивали. Эту девушку и её отца знали почти все. Анакаона подошла к дому и поднялась по ступенькам. Перед порогом она встала на одно колено, опустила голову и поцеловала небольшой мешок, лежавший тут же. Он содержал священную землю, набранную посреди Уэй Теокалли в центре Теночтитлана.
Встав с пола, Анакаона осмотрелась.