Правда, Чималли насторожила торопливость служанки. Сказав ему о смерти Атотостли, она добавила, что Анакаоне грозит большая беда, и тут же убежала. Что же это могла быть за беда? И как он, Чималли, мог ее предотвратить?
К счастью, возвращаясь домой, Чималли издалека увидел «ягуаров» с их лентами на предплечьях. Одни «ягуары» бегали вокруг дома и расспрашивали о чем-то соседей. Другие обыскивали дом, время от времени перекрикиваясь с воинами, оставшимися снаружи. И Чималли стало ясно, какая беда грозила его приемной дочери. Власть в стране переходила в другие руки, и Анакаона кому-то могла помешать. Конечно, этих головорезов в дом Чималли прислал сам Ашаякатль.
Когда-то Ашаякатль ввел для своей армии новое правило. Это было давно, еще в те дни, когда он был тлакочкалкатлом при Монтесуме. Во время одного из военных походов Ашаякатль решил, что его воины будут носить ленты, на которых было изображено имя воина, город, из которого он происходил, и количество захваченных им пленных. Новшество оказалось очень удобным. Прежде всего, оно позволяло опознавать погибших. Эти ленты также помогали отомиес – начальникам отрядов – отдавать военные команды своим подчиненным при помощи особых жестов.
Со временем такие ленты стали носить все воины Теночтитлана. Возникла даже мода на такие ленты. Носить их стали и гражданские чиновники. В зависимости от должности владельца, лента имела особый цвет, обычно алый или желтый для воинов, и белый для служащих государства. Позднее были изданы и законы, которые карали самозванцев за подложные ленты или сведения на них. Ленты стали носить все люди в Ацтлане, которые имели отношение к государственной службе.
Благодаря этим лентам Чималли и опознал «ягуаров» Ашаякатля. Он всегда помнил, с какой ненавистью Ашаякатль смотрел на новорожденную Анакаону, когда своим обсидиановым ножом перерезал пуповину, соединявшую дочь с матерью.
Поэтому, едва увидев «ягуаров» в своем доме, Чималли тут же схватил Анакаону за руку и отступил вместе с ней в тень. Выждав удобный момент, он повел ее прочь от дома. Анакаона, разинув рот, смотрела ему в лицо. От удивления она даже выронила апельсин, который ела на ходу, но отец не дал ей его подобрать. Они шли все быстрее и быстрее, и вскоре были уже вдали от дома, а затем – и от города.
Чималли еще не знал, куда им идти, но понимал, что в Тлапокане он с дочерью теперь не останется. Нельзя было идти и в Теночтитлан. Там их тоже будут искать. Сейчас самым безопасным местом для них была многолюдная дорога, по которой они шли. Однако вскоре Анакаона стала уставать. Девочка не понимала, почему они не возвращаются домой. Наконец она захныкала.
Услышав плач дочери, Чималли остановился, присел на корточки и обнял ее.
– Дочка, у нас теперь нет дома, – сказал он.
– Почему?
– Потому что там поселились злые люди. Они очень опасны. Опаснее ягуаров и крокодилов.
Догадливая Анакаона перестала плакать и вздохнула:
– Значит, нам придется искать другой дом.
Немного отдохнув, отец и дочь продолжили свой путь по дороге, которая обводила озеро.
Спустя два дня они пришли в город Тескоко. Дорога сильно утомила их. За все это время Чималли съел только пару фруктов, а дочь он накормил всего один раз, когда ему удалось убить дрозда и зажарить его на костре. Днем их мучило слепящее солнце, а ночью Чималли к тому же нес дочь на руках.
При входе в Тескоко Чималли увидел множество воинов, которые явно готовились к походу.
– Где ваш тлакочкалкатл? – спросил их Чималли.
Воины отвели его и Анакаону к своему предводителю.
– Что надо? – спросил тот, подозрительно глядя то на Чималли, то на его дочь.
– Нужен ли вам опытный тицитл? – спросил в ответ Чималли.
Неожиданно этот человек весьма грозного вида улыбнулся.
– Опытный, говоришь? Тицитлов у нас много, а вот опытных совсем нет. Ашаякатль всех забрал к себе.
– Я готов стать вашим тицитлом, – сказал Чималли. – Я лечу людей уже много лет.