Уже готовясь сорваться и уйти через задний ход, Элисон в тот же миг тянет меня вниз, скрываясь за стойкой. Её рука мягко ложится мне на плечо, придерживая на месте, а тонкий палец касается губ в требовательном жесте молчать. Не издав ни звука, она берёт пару фруктов, передавая их мне в руки, и велит нарезать их.
Сидеть спокойно и тихо становилось всё труднее, особенно учитывая такое предательство.
- Нет. Все жертвы были досрочно кремированы. Лишь последняя девушка исчезла, но у меня подозрение, что она всё ещё жива.
- Прискорбно. – Голос Председателя звенит, как лезвие, а его шаги отдаются в тишине клуба. Он вдруг поднимается, плавным движением оказывается напротив нас с Элисон. – Дай мне руку. – Его ладонь раскрывается в ожидании, пальцы чуть шевелятся заманивая.
- Председатель, в моём клубе запрещены укусы. – Тристан тут же вмешивается, его голос ровный, но я улавливаю в нём натянутую струну. Он встаёт, отходя от своего места.
- Успокойся, склероз ещё не заработал. – Фыркает Председатель, как будто смеётся над собачкой, что осмелилась тявкнуть. Элисон украдкой смотрит на меня, словно спрашивая, что делать. Медленно, неуверенно она поднимает руку. – Не ты. – Резко отрезает он, и я сглатываю, чувствуя, как холодок растекается по позвоночнику.
Его пальцы касаются моей руки. Холодные, как мрамор, но странно мягкие, сжимают мою кисть. Дрожь волной пронзает тело. Стараюсь дышать ровно, но это похоже на борьбу с нарастающим штормом. Резко тянет за руку через стойку, и я, не удержавшись, хватаюсь за столешницу.
Он чуть наклоняется. Пальцы другой руки легонько проводят по венам, а затем он медленно опускается ниже, проводя носом по тыльной стороне ладони, громко втягивая воздух.
Холодно. Господи, как же холодно!
Он отстраняется, но руку не отпускает, сжимает, будто это его личная игрушка. Его улыбка... Нет, это не улыбка, это издевательская маска.
- Ну надо же. Такое невинное личико. Даже не удивительно, что весь вечер меня преследовал этот тошнотворный аромат благовоний. Ты монахиня?
Молча качаю головой, пытаясь собрать мысли в единое целое.
- На обычную потаскуху не тянешь, тогда кто? Учительница? Бухгалтер? Может быть, студентка? Нет. Школьница, сбежавшая от мамкиного ремня!
- Я всего лишь официантка, сэр. – Голос звучит надрывно, хрипло. Сама себя не узнаю. Он хмыкает, медленно переводит взгляд на Тристана.
- Звучит правдоподобно. Осторожнее с ней, Тристан. Я тебя знаю. Не трогай её слишком рано, иначе останешься без игрушки.
- Не знал, что твои советы распространяются на персонал.
- Смешно звучит это слово: персонал. – Он чуть отклоняется назад, отпуская мою руку, как будто она ему наскучила.
Хочется просто исчезнуть, раствориться в воздухе. Элисон тихо касается моей ноги под стойкой. Осторожно, как кошка, она подаёт знак: не двигайся, не дыши, не выдавай себя.
- Что же. – Подошёл Председатель к Тристану, похлопав его пару раз по плечу. – Надеюсь ещё увидимся. Возобнови поставки со следующей недели, иначе я сменю поставщика.
- Хорошо.
После ухода этого мужчины, которого все учтиво называли Председатель, остался странный шлейф напряжения в воздухе. Всё ещё присматриваясь к главному входу, Тристан торопливо дёрнул пальцем, указывая на другой выход. Устраивать сцены сейчас просто бесполезно, так что я подчинилась, торопливо направившись на улицу.
Холод ремня безопасности давит на ключицу, тишина в салоне контрастирует с глухим рёвом мотора. Тристан держит руль одной рукой, пальцы вяло касаются гладкой поверхности, будто ему совершенно всё равно, куда мы едем. Другая рука поднимается, касается моего плеча, прежде чем я резко хлопаю по его ладони.
- Не трогай меня. – Голос невольно подаётся внутренней дрожи, как бы я не пыталась звучать твёрже.
- Ты, наверное, единственный человек, который добровольно идёт туда, где его могут убит. – Насмешка проскальзывает по его словам.
Не хочу отвечать, отвернувшись к окну, но губы уже сами собой шевелятся.
- Я точно так же выходила к тебе. Видимо, совершая самую грубую ошибку.
На некоторое мгновение он молчит, пока неожиданно резко, машина не делает рывок на повороте. Хватаюсь за край сиденья, а он всё так же расслаблен, будто управляет далеко не машиной.
- Хватит разбрасываться словами, веса которых не знаешь. – Низкий голос обжигает надвигающейся бурей.
Поджимаю губы, ощущая пульсацию в зоне виска и обдумывая слова.
- Ты использовал меня. Всё, что я рассказывала, секрет нашего монастыря, а ты выставил меня полной идиоткой выдав это… кому? Учителю? – Сплёвываю я слова, будто они отравлены.
Тристан резко поворачивает голову в мою сторону, и я буквально кожей ощущаю его сверкающий в полумраке салона взгляд.