- Ты правда подумала, что я узнал что-то новое от тебя? – Он коротко усмехается, но настолько холодно, что мурашки пробегаются по рукам. – Ты лишь дала подтверждение той информации которой я уже обладал.
- Значит я всё же была полезна. – Фыркнула я, скрестив руки на груди, пытаясь скрыть колотящееся сердце. – Приятно слышать.
- Да что б... – устало проговорил он, свободной рукой слегка помассировав виски. – Аура я пытаюсь защитить тебя, хоть это ты понимаешь? Тебя втянули в грязную игру, где нет победителей.
Машина делает резкий поворот, выбрасывая меня из равновесия, но я цепляюсь за подлокотник, не давая себе выказать слабость.
- Это не я решила играть в твою тёмную жизнь, Тристан. Это ты ворвался в мою. – Я поворачиваюсь к нему, горя от злости. – Ты…
Пальцы на руле сжимаются сильнее, что костяшки белеют.
- Я, что? – Всего пара слов, а звучат как пощёчина. – Открыл глаза? Хочешь правды, хорошо. – Резко притормаживает у самой обочины. – Твои обеты и клятвы всего лишь цепи. – Поворачивается он ко мне. – Ты и не заметишь, как они задушат, и спасти уже не удастся даже саму себя.
Прикусываю внутреннею сторону щеки. Слова, звучащие как приговор, выстреливают прямо в сердце, пригвоздив к месту. Поднимаю глаза на его профиль, на твёрдую линию челюсти, и лёгкий блеск от огней уличных фонарей, играющий на его коже. От этого вида невозможно оторваться, и это злит ещё больше. Злит, что он чёрт возьми прав!
- Я не пытаюсь тебя запугать, просто даю понять, что никто не спасёт тебя если ты сама этого не сделаешь. – Его голос опускается, почти шёпот, от которого стынет кровь.
Тишина воцаряется в салоне, но это тишина, полная напряжения, электрический разряд замер в воздухе, готовый взорваться в любую секунду.
- Приехали. – Махнул он рукой, и мне наконец удалось приметить очертания ограды монастыря.
Глава 23. Сладко на вид, горько на вкус
Глупый спор с Тристаном в машине, пару дней назад, продолжал вертеться в мыслях. Да с каких пор он хочет защитить меня? И от чего же?
За всю неделю в монастыре, после неудачно попытки казнить незнакомую девушку, было необычно тихо. Особенно когда на тебя накладывают обет молчания, отрезая от привычной рутины. Дни проходили слишком медленно, вязким туманом заползающий в стены монастыря через окно перед рассветом.
За все эти солнечные дни мне казалось, что я постепенно становлюсь тенью, движущийся между стенами и выполняющее лишь самое необходимое. Поспать. Поесть. Помолится. Мне, в принципе, не привыкать быть лишь тенью нормальной жизни, но как же иногда хочется с кем-то поговорить. Молитвы, которые теперь звучат лишь в моей голове, и наказание, в виде полного исключения из служения, превращают каждый день в бесконечный поток времени, будто сама жизнь застыла.
Но вечера и ночи и отдавала Тристану, это не просто другой мир, это другая реальность. Заброшенный дом, шёпот которых сливается со стенами и язвительными словами Тристана. Шумный клуб, где неоновые огни отражались на нём. Он не говорил лишнего, а я не задавала вопросы, ответ которых боялась услышать. Тристан как-то по-странному и одновременно особенному преподносит заботу, будто это и не забота вовсе.
И сегодняшняя ночь не стала исключением, Элисон расставила перед нами линейку из двенадцати шотов, начиная один за другим поглощать четыре стакана. Тристан повторил за ней, и вытерев рот тыльной стороной ладони, слегка сморщившись смотрит на меня и указывает на оставшийся четыре стопки. Я тут же начинаю мотать головой, пока Элисон вдруг не оказалась возле меня, как-то слишком по-дружески обвив мою шею.
- Давай, не корчи моську, – она склонила голову, словно пряча веселье. – Только это и я от тебя отстану. – Подбадривала Элисон.
- Нет уж. – Снова мотнула я головой.
- Я, алкоголичка, по-твоему? – Взяла она одну стопку, передавая мне, а сама взяла вторую. – Давай со мной, не хочу пить одна.
- Ладно. – Глубоко вздохнув, подношу стопку к губам.
И как только Элисон опрокинула первую стопку, я проследовала за ней, и пока не кончилась решимость, выпила остальные.
Громкий смех, жар от разливающегося по телу алкоголя, оглушительная музыка, смешанная с голосами, наполняют пространство. Тристан сидит рядом, уже крутя в руке бокал с чем-то тёмным, наблюдая за нами с притворной серьёзностью.
Вдруг Элисон вытащила бутылку, наполняя очередную порцию алкоголя. Качаю головой, отказываясь, но Элисон уже суёт мне в руку ещё один шот.
- Ну же, последний! Отвечаю. – Подняла она руки, сдаваясь.