- К... – но я так и не удосужилась продолжить, вспоминая об обете молчания и как-то интуитивно прикасаясь к горлу.
- Что вам нужно, сестра? – Я тут же подняла на неё голову. – Ах, вы же не можете сказать. – Издевается, и упрямится, вырвав руку из моей хватки и продолжив путь молча.
Ничего, я ещё найду чем занять себя. Больше не смотря вслед монахини, отправляюсь к подвалу, откуда чаще всего вытаскивают запасы еды, где собирается холод, пробирающий до костей, и сырые стены. Фонарик тускло освещает каменные стены, но ничего более чем эхо собственных шагов. А с чего я вообще решила, что Кассия в монастыре? Стала бы она скрываться сама, вряд ли бы вернулась, но, если её похитили, прятать её в монастыре либо гениально, либо гениально глупо.
Покинув подвал, я решила отправиться в библиотеку с почти исписанной тетрадью и новой ручкой, где сейчас по идеи должна быть Рут. Тёплый ветер играл с подолом рясы пока я переходила из одного коридора в другой, но вместо облегчения, мне становилось только труднее. Есть слабая надежда, что Рут не предаст, раз уж до этого она никому не рассказала, что я знакома с вампиром.
Приметив сестру, переписывающая из одной учётной тетради в другую, сажусь с ней за стол, громко плюхнув тетрадь перед ней и только начав писать, тетрадь тут же вырывают у меня из рук.
- Так, так. – Нагло начиная рассматривать мои слова в тетради, проговорил отец Габриэль, стуча пальцем по деревянному столу. – «Как у тебя д…» дела, сестра Аура? – Издевательски прочитал он мои каракули. – Вы, кажется, отстранены от любой деятельности монастыря.
- И что мешает ей просто общаться со мной, даже через тетрадь? – Нахмурилась Рут. С языка сняла.
- То, что не только она под подозрением, – кинул он мою тетрадку на стол. – Уходи. Ты ещё не отбыла своё наказание. – Твёрдо смотрел он, пока я не покинула библиотеку.
По дороге к своей келье я то и дело встречала других сестёр, большинство из которых просто отворачивались или отходили в сторону, как от прокажённой.
Даже мать-настоятельница стала для всех нас чужой, живёт в добровольном затворничестве с самого появления Синода. Лишь изредка её фигура за кафедрой на утренях молитвах появлялась, но уже не внушает благоговения, а тревогу, будто за её благочестивыми словами кроется чужак.
Вечером, уже после комендантского часа и ещё до того, как бы появился Тристан, я решила проверить мать Агнес, и может разговорить её если получится. Подхожу к её двери и стучу. Раз, другой, третий.
Тишина.
Касаюсь холодного дерева двери, и слегка толкаю. Она так удивительно легко подаётся, что даже поражает. Проверив коридоры с обеих сторон, аккуратно скольжу внутрь тёмной, едва освещённой закатным солнцем комнаты, стараясь не дышать слишком громко. Комната пуста, воздух пахнет влажной землёй и ладаном, но всё в ней кажется пустым, делаю первый шаг к письменному столу у самого окна, затем второй, пока движение не мелькнуло на краю моего зрения. Вспышка холодного блеска металла.
Я ели успела увернуться, напоровшись хотя бы не грудью, а плечом на нож. Резкая боль пронзает всё тело, когда падаю назад, а мать Агнес на колени передо мной. Тепло сразу растекается по ткани, кровь медленно проступает через материал. Рефлекторно вынимаю нож из плеча, хватаясь за раненое место и откидываю голову на край кровати.
- Прости. – Шепчет она надломанным голосом, аккуратно приближаясь. – Прости, пожалуйста. – Стала она стягивать наволочку с подушки и прижимать к окровавленному плечу. – Я не сразу поняла, что это ты. – Её лицо перекошено страхом и отчаянием, который не ускользнул от меня.
- Хорошо хоть поняли. – В перерыве между дыханием жмурюсь и чуть ли не проскальзывают ругательства от боли.
Сдавливает руку, пытаясь остановить кровь, а я прилагаю усилия чтобы беззвучно перенести эту пытку, мало ли во что ещё втянет её Синод, пока её губы беззвучно шевелятся, как в молитве, но её глаза дёргаются, ловя тени на стенах.
- Мать-настоятельница, – слова вырываются из меня, прерываемые болью. – Что с вами произошло?
Но она не отвечает, только мотает головой и бормоча под нос, выуживая из-под матраса мобильный телефон. Я пытаюсь вглядеться в её лицо, уловить хоть каплю ясности, но вижу лишь запуганную женщину, которой больше нечего терять. Набирает номер дрожащими пальцами, и всё ещё придерживая моё плечо, она до кого-то всё же дозвонилась.
- Нужна твоя помощь, – начала она качаться вперёд-назад, пытаясь хоть как-то себя успокоить. – Сейчас же, это не обсуждается… Прошу, я в отчаяние. – Она ждёт ещё некоторое мгновение после чего сухо благодарит и отбрасывает телефон в сторону. – Придержи.