Не успев долить хотя бы в первый бокал, как холодная рука сомкнулась на моём запястье. Пришлось мгновенно подавить желание сбежать. На мгновение кажется, что длинные пальцы что-то измеряют, будто я всего лишь предмет, а не человек. Тристан двигается быстрее, чем я могу среагировать, и его рука сомкнулась на кисти Председателя.
- Убери руку. – На что мужчина даже не поднял на него глаза, оставался таким же расслабленным.
- Сентиментальность тебя сгубит. – Делает вид, будто раздумывая, пока мы так и застыли. Проклятье! Сердце бьётся в новом ритме, в том, от которого дыхание сбивается, заставляя приоткрыть губы.
Его пальцы в последний раз сжимаются сильнее перед тем, как отпустить.
- Меня сгубит только если ты откажешь в моей просьбе. – Я попыталась сделать пару шагов назад, не оборачиваясь к ним спиной, пока они продолжали переговариваться.
- Я и пальцем не пошевелю, чтобы выгнать их. – Раздался твёрдый голос Председателя, пригвоздивший меня к месту.
- Они ведь не только моя проблема.
- Нет, – начал мужчина наливать себе шампанское. – Но ты единственный связанный с «Правой Рукой». Из тебя сделали козла отпущения. Смирись. – Они обсуждали Синод?
Развернувшись на пятках, я тут же метнулась к барной стойке. Какое-то время просто выполняя поручения Элисон я смогла найти себе занятье, дожидаясь Тристана. Пока в какой-то момент не упустила его из виду.
Ни Тристан, ни тем более Председатель больше не сидели за одним столиком. Куда они могли пойти? Огромное желание поискать его тянула за горло сильнее любого ошейника. Я будто вернулась в ту ночь, когда меня вернули в монастырь. И выйти сейчас на улицу означает сдохнуть.
Что-то невидимое, возможно любопытство, возможно желание сдохнуть заставило меня покинуть стойку и двинутся ко второму этажу. В прошлый раз Александрия помешала мне изучить тут всё вдоль и поперёк. Я не на долго. Я быстро вернусь. Я вернусь.
Ничем не освещённые лестницы сужались. Чем сильнее я отдалялась от кипящей жизни на первом этаже, тем мрачнее становилось осознание того, что эта могла быть плохая идея. Крадучись застаю перед собой длинный и тёмный коридор, а первые стеклянные двери распахнуты, ведущие, кажется, к террасе, луна отбрасывала через них холодные лучи. Ели приблизившись к двери, тут же раздаются тяжёлые шаги за дверью и чей-то жалобный писк.
- Мне нужно, чтобы ты лишь подтвердил слух. – Даже если голос Тристана был достаточно ровным, в нём слышалась сталь.
Пробравшись ближе, за стеклом мне удалось заметить, у самых перил связанного по рукам и ногам человека, вдобавок ещё и глаза и рот прикрыты. Разум не просто кричит, он орёт во всё горло, что человека нужно спасти. Я уже намерилась метнутся к нему, как моментально кто-то возник за моей спиной плотно зажимая мне рот, и оттягивая на пару шагов.
- Ты не представляешь, чем это может кончиться. – Холодно прошептала Александрия.
Пытаюсь выбраться из хватки Александрии, но она всё сильнее заглушает мои звуки прикрыв и нос.
Кое-как успокоившись, с замиранием сердца наблюдая за тем, как Председатель плавно приближается к связанному человеку, безразлично присев перед ним и грубо схватив за лицо начал вертеть в разные стороны. А Тристан просто смотрит на это без единой попытки остановить его. Я же уверена, Председатель что-то с ним сделает!
- Это единственное, что мне от тебя нужно. – Продолжает Тристан, засунув руки в карманы штанов.
- Говнюк украл мои метки, – фыркнул Председатель, и я тут же заметила, как его глаза заблестели обжигающе-красным рубином, – Поимел девчонку, которую я не закончил. – Выпустил он мужчину из рук, поднявшись на уровень с Тристаном.
Я снова попыталась выбраться из хватки Александрии, но она стойко удерживала на месте, будто это ей ничего не стоит.
- Ты стал слишком мягок для своих лет, – продолжает Председатель, пропитав голос самодовольством. – Но, если тебе нужен только слух, – он склоняет человека над перилами, его тень падает на жертву, – заставь его заплатить, Кармайн.
- И это я стал мягким? – Удивлённо проговорил Тристан, безразлично опираясь на перила и смотря на это странное шоу.
Но Председатель ничего не ответил, просто остался стоять так с тем человеком, удерживая его навису. Отчётливо цокнув языком, Тристан забрал того человека из рук Председателя. Боже, он действительно собирается его сбросить?! Я попыталась дёрнуться, вдруг Александрия потеряет бдительность, но в следующую же секунду Тристан сорвал с лица человека повязку, и потянув на себя начал шептать.