Сёстры по очереди входили и выходили из того зала, но что было отлично заметно, какими они возвращались. На руках Кассии и Рут были заметные следы тёмной крови, которыми они случайно пачкали серую ткань платья, взгляд поникший, даже отсевающий, словно они были далеко отсюда, и увидели то, чего не следовало. Обе сели на холодный пол, смотря куда-то вдаль.
От такого зрелища Елена даже не попыталась войти, она сразу отказалась. Даже когда мать-настоятельница пригрозила, что отправит её обратно, она всё же не решилась войти.
Анна более решительно зашагала внутрь, и в какой-то момент послышалось звяканье цепей, тут же присмотревшись к матери-настоятельницы. Но она лишь поджала губы, не решаясь ничего сказать.
- Аура, – заговорила она спустя время, – ты ведь понимаешь, что дальше придётся решать. Останешься ли с нами, или вернёшься в Россию?
Девушка коротко кивнула, под протяжным скрипом входной двери. Анна как-то слишком быстро вышла, но она хотя бы не так напугана, как Кассия и Рут.
Нет к чему Ауре возвращаться. Её должно было насторожить таким ритуалом, в котором присутствует вампир и проводится глубокой ночью, но всё же шагнула за порог зала. Пыль хрустела под босыми ногами, и сделав ещё несколько шагов, начиная привыкать к более освещённой комнате. Каменные стены отсырели, будто монастырь сам потел страхом.
Зал был огромным, но давил своей тяжестью. Пыльные стены, огромные окна, сквозь которые пробивались лунные лучи, и запах крови. В центре помещения находился бледный человек, закованный в цепи. Его одежда была порвана и испачкана. Аура тут же метнулась к нему, но поскользнулась на чём-то мокром, ударившись копчиком о каменный пол и явно привлекая внимание незнакомца, когда звякнули его цепи.
- Что происходит? – Поднесла она руку ближе к лицу, чтобы принюхаться. Но этого не требовалось. Волосы на затылке встали дыбом, а желудок упал в пятки стоило понять, что на руках кровь, и поскользнулась она именно на ней.
Вдруг из тени вышел тот самый вампир-без-имени, расслабленно засунув руки в карманы штанов. Он как-то недовольно оглядел девушку, пока она медленно поднималась. Стоял так уверенно, словно весь мир принадлежал ему.
- Почему ты босая? – Голос был холоднее даже каменного пола, холоднее зимнего ветра, что Ауре просто хотелось забиться в угол.
- Так удобнее. – Проговорила она, метнув взгляд в сторону человека. – Почему он в цепях? – Не решаясь переступить порог из просто огромного пятна крови, стиснула кулаки.
- Подойди ближе и поймёшь.
Сделав первый шаг, ноги стали тонуть в вязкой крови, просачиваясь сквозь пальцы ещё сильнее холодя всё тело и заставляя дрожать. Кровь на полу растекалась тонкими потоками, но странно, на теле человека не было ни единой раны.
- Хочешь стать монахиней? – Раздался тяжёлый голос вампира. – Придётся принять этот мир таким, какой он есть. Без иллюзий... Вытащи кинжал. – Девушка снова обратила на него внимание, так и не решившись прикоснутся даже через ткань платья к набедренному ремню.
- А если я откажусь? – Голос звучит тише, и всё только потому, что она начала понимать к чему ведёт весь этот ритуал.
Цепи звякнули интенсивнее, и человек тут же поднялся на ноги собираясь набросится. Попытавшись отступить, Аура ещё раз поскользнулась на крови, упав на пол всем телом застав лишь то, как пожелтевшие клыки клацали в дюймах от её лица. Цепь на шее удерживала его на месте, пока вампир-без-имени удерживал её одной рукой и дёрнув вампир издал нечеловеческий, хриплый рык.
От его движений воздух в зале становился плотнее, будто сами стены сужались.
- Решайся, монашка.
Дрожащими пальцами нащупав под платьем кинжал, нервно начинаю перебирать подол и вытащив его застыла с лезвием в руках, пока вампир продолжал извиваться от туга натирающих цепей. Вдруг он отстранился от девушки, метнувшись к парню, а он лишь лёгким взмахом руки впечатал его в стену.
- Если ты ничего не сделаешь, это сделаю я. – Хотел он сорваться к бешеному вампиру, пока Аура вставала на ноги.
- Нет, стой!
Насмешливый смех разрезал тишину, как острые ножницы.
Бешеный вампир тут же сорвался в сторону послушницы, зажмурившись и встав в пол-оборота, рукой помогает себе вонзить кинжал в его сердце. Но рык бешеного не прекращался, заставив её тут же отбежать от него, позабыв о кинжале.