Внутри всё дрожит, но я молчу, стиснув зубы. Я не могу, не хочу смотреть ему в лицо. А он давит, давит всё сильнее.
- Зачем ты подслушивала тогда совет? Что тебе было нужно? – Голос становится громче, он не допрашивает, а словно пытается прокричать ответ. – И зачем ты всё время выходишь по вечерам в лес?
Я молчу. Только сердце гулко стучит, как колокол, отдаваясь во всём теле. Я знаю, что сказать значит выдать себя. Дёргает меня ближе, и вдруг он тянется к моей шее.
- Посмотрим, что ты скрываешь, – шепчет он, рывком срывая горжетку.
В груди взрывается дикостью, кулак рефлекторно сжимается. Я готова его ударить, но в следующий же миг вечерний воздух будто разрывается, когда темный силуэт возникает из ниоткуда. Тристан движется с молниеносной скоростью, а в следующее мгновение Габриэль оказывается вжат в стену монастыря, словно выбросил из него всё достоинство.
- Саму, мать её, святость явил, святой отец? – Голос Тристана становился всё ниже, пропитанный холодом, когда он вжимал голову Габриэля в стену.
Священник дёргается, но Тристан сжимает его сильнее, заставляя издать сдавленный звук.
- С верой у тебя как, раз к монашкам лезешь? – Коротко и злобно усмехнулся он. – Да тебя ж сам чёрт в ад не пустит, псина ты сутулая.
Его слова, как удары, и я чувствую, как внутри всё сжимается. Габриэль не отвечает, только тяжело дышит, но Тристан не останавливается.
Не могу смотреть на это. Но не могу и отвернуться. Тристан чистая ярость, обнажённая, безумная.
- Чего к земле приросла?! – Раздался сдавленный голос Габриэля и меня передёрнуло.
- Шавке слово не давали! – Вжал его Тристан сильнее в стену, очевидно сломав нос, когда раздался хруст и истошны крик священника.
Если я ничего не предприму Тристан убьёт его! В одном резком движении смахнув подол рясы, достаю кинжал и с размаху, прицелившись, метнула им в плечо Тристана. Кинжал освещён, и вампир моментально отлетел в сторону, придерживая раненое плечо.
Тяжёлый и тёмный взгляд встретился со мной, пока я, торопливо приблизившись к Габриэлю, схватила пистолет с его пояса, направив его на Тристана, единожды выстрелив у самых ног. Он тяжело вздохнул и вскоре встав на ноги, я теряю его из виду. Значит он всё же ждал меня в лесу.
Грубая рука выхватила у меня пистолет, отец Габриэль собирался продолжить пальбу, но задний двор уже чист. Прижав руку к носу, хватает меня за кисть, уволакивая обратно.
Не сопротивляюсь, сейчас не время для этого. А внутри всё продолжает скручиваться в тугой узел, мысли кружатся одна за другой, как всполохи света, и одна единственная громче остальных: Я его ранила.
Меня вновь привели в кабинет матери-настоятельницы. Приказали встать на колени перед её столом и ждать, опустив голову, как провинившегося ребёнка.
- За нэй нуджен гла да гла, – гнусаво проговорил отец Габриэль, прижимая к носу платок. В голосе звучал и гнев, и боль. Пытаюсь сохранить серьёзность, но губы непроизвольно дрогнули.
- Что произошло? – Мать-настоятельница встала из-за стола и направилась к нему.
- Туд шляеця какой-то вампир! Зломал мне ноз. А она, – палец, который он, вероятно направил на меня, кожей ощущаю, – выхудит ночью из моназтыря без ведома!
- Была с корзиной? – Голос матери-настоятельницы стал мягче, но в нём слышалось напряжение. Я невольно замерла, услышав её вопрос. – В лесу она кормит волка, – произнесла она скорее себе, чем Габриэлю.
- Там был вампир! – Воскликнул он.
- И что? – Её раздражение прорывалось наружу. – Вы хотите обвинить её в непослушании? Она с детства выходит за пределы монастыря и ни разу не подвергалась опасности. Аура знает, что делает.
- Это безодветзтвенно! – Габриэль повысил голос. – Она ризкует не долько зобой, но и вземи нами.
- Если Господь хранит её двенадцать лет, значит, на то есть Его воля, – мать-настоятельница прищурилась.
- Что здесь происходит? – Раздался голос отца Юстаса. Он вошёл в комнату, остановившись в дверях.
- Вампир напал на отца Габриэля, – начала мать-настоятельница, обернувшись. – А он считает, что в этом виновата наша сестра.
- Вампир в наших землях? – Отец Юстас звучал встревоженным.
- Совпадение, – она пожала плечами. – Аура двенадцать лет ходит в лес, и ни один из них не посмел приблизиться. А как только Габриэль начал её преследовать, один из них тут как тут. – Она мельком посмотрела на меня: – Сестра, ступай к себе. Мы ещё поговорим.
Глава 15. Тёмное зеркало
Почти неделя прошла с того момента как на отца Габриэля напал Тристан. Если до этого о том, что я кормлю волка, знали только повариха и мать-настоятельница, теперь весь монастырь в курсе. По крайней мере мне так казалось, стойло поймать чей-то не в меру любопытный взгляд. Меня скорее удивил тот факт, что мать-настоятельница столько лет молчала и ни разу не сказала, что я делаю что-то не так. Просто хранила мою тайну, даже если я этого не знала. А кому бы она сказала, учитывая, что это связанно со мной?