— Это не просто старый туннель, — глухо произнёс Люк. — Это военный объект. Секретный. Заброшенный… но не забытый.
Вдруг свет фонаря поймал нечто у стены.
Эмили ахнула.
— Это… штатив?
На полу лежал сломанный штатив. Камера — разбита. Но внутри корпуса что-то мигало. Люк тут же опустился рядом:
— Встроенный модуль памяти. Её не стёрли.
Он достал блок, подсоединил к своему планшету. Экран замигал, загружая данные.
— Здесь видео… — прошептал он. — Записано… три недели назад.
Все застыли, обернувшись к экрану. Камера медленно поворачивалась, фиксируя тот же коридор. Но в конце — нечто мелькнуло. Фигура. Высокая. В маске. И звук… не голос. Не шаги. Как будто… щелчки? Код?
— Он был здесь, — сказала Эмили. — Джастин снимал это. Он знал, что за ним следят.
Сквозняк коснулся щёк. Коридор впереди темнел, уходя в глубину.
— Мы не одни, — тихо произнёс Грейсон. — И то, что ждёт впереди… давно ждало именно нас.
Они двинулись вперёд. Тишина была густой, почти материальной — лишь редкие капли воды нарушали её, падая где-то в глубине.
Коридор вёл вниз под небольшим уклоном. Потолок местами обвалился, обнажив стальные рёбра конструкции. На стенах — следы ржавчины, отпечатки ладоней… и кое-где — свежие. Длинные, с растянутыми пальцами, оставленные не детской рукой, но и не совсем человеческой.
Майя шла рядом с Грейсоном, её фонарь выхватывал куски проводки, отвалившиеся таблички на французском и английском:
ZONE 7B,
PROJET CLÉ,
NE PAS TOUCHER – RISQUE BIOLOGIQUE.
— Биологический риск… — пробормотал Эван, вглядываясь в надписи. — Это была не просто военная база. Здесь проводились эксперименты.
Люк остановился, прислушался.
— Электрический фон нарастает. Где-то здесь — источник энергии. И он… работает.
Коридор повёл их к развилке: налево — тяжёлая герметичная дверь, с потёртым колёсным замком; направо — лестница вниз, за которой воздух казался ещё плотнее.
— Проверим оба пути, — сказал Грейсон. — Люк, ты и Эван — вниз. Остальные — со мной.
Эмили шагнула ближе к нему.
— Я хочу пойти с вами. Я должна знать, что случилось с Джастином.
Он кивнул. В глазах её было решимость, и — что-то ещё. Не страх. Понимание.
Когда Люк с Эваном скрылись за поворотом, остальная группа подошла к герметичной двери.
Грейсон покрутил колесо — оно с трудом поддалось, скрежетнув, словно проснувшийся зверь. Внутри оказалась комната наблюдения.
Старые экраны. Ряды пультов. Кресло, на котором кто-то недавно сидел — обивка вмята. Один из мониторов… работал. На нём — изображение внешнего входа в туннель. И… их собственная команда. На задержке, в несколько секунд.
— Нас… кто-то видит, — прошептала Майя.
На другом экране — другое. Камера направлена вглубь комплекса. Там что-то двигалось. Нечто тёмное, с неестественно длинными руками. Сначала один силуэт. Затем второй.
Эмили сделала шаг назад.
— Это… не люди.
Грейсон сжал зубы.
— Но они знают, что мы здесь.
И снова — щелчок. Мерцающий сигнал. Код Морзе.
— С–О–С… — прошептал Люк по рации из другого коридора. — Кто-то передаёт сигнал бедствия. Снизу. Прямо сейчас.
Грейсон поднял глаза к остальным.
— Мы спускаемся.
ГЛАВА: 20 ДЖАСТИН
Туннель вёл вниз по спирали, словно затягивая их в жерло чего-то древнего и неохотно пробуждающегося. Свет фонарей выхватывал металлические стены, давно облезлые, покрытые грибком и паутиной времени. Воздух становился плотнее, теплее — пахло ржавчиной, пылью и чем-то незнакомым… почти сладким.
— Здесь когда-то была вентиляция, — тихо проговорил Люк, поводя фонарём по решётке, из которой сочился тёплый воздух. — Но она теперь работает… почему?
Эван шёл чуть позади, держал наготове планшет с картой.
— Смотри. Это помещение под номером 12. По архивной схеме — "энергетический центр". Но почему на записях он значится как "запретная зона"?
Он коснулся экрана.
— Вот оно.
В конце коридора — массивная металлическая дверь. На ней — свежие царапины, будто кто-то — или что-то — пытался прорваться внутрь… или наружу.
Люк подошёл ближе. Потрогал поверхность.
— Здесь недавно был человек. И не один. Это…
Он замер.
— Камера.
На стене, под потолком, тихо мигал красный индикатор. Люк метнулся к щиту рядом с дверью, вытащил планшет и подсоединился к старому интерфейсу. Через минуту — экран ожил.
— Ух ты… — прошептал он. — У нас трансляция.
На экране — небольшая камера слежения, направленная вглубь зала. Там — низкие контейнеры, кабели, и… фигура. Кто-то сидит на полу, спиной к стене, голова опущена.