День в "Орионе" продолжал тянуться, как пауза между актами, когда зал затаивает дыхание, не зная, что последует дальше.
— Мы не можем игнорировать это, — сказал Люк, покачивая ногой на краю сцены. — Кингсли замешан. Деньги, связи, его странная отстранённость. А теперь ещё и секта… если это всплывёт, всё накроется.
— Вопрос не в том, всплывёт ли, — отрезал Эван. — Вопрос в том, кто первым её раскроет: мы или очередной смертник на сцене.
Грейсон стоял у самой кромки кулисы, вглядываясь в пустоту зала.
— Кингсли отказывается говорить. Но его дом — ключ. Я думаю, он хранит там что-то, чего боится даже сам. И если мы пойдём по официальной линии — ордер, запрос — он всё успеет уничтожить.
— Ты предлагаешь... проникнуть туда? — тихо спросила Майя.
— Без ордера, — подтвердил Люк, хмыкнув. — Как в старые времена.
Майя медленно кивнула, хотя в глазах её промелькнуло сомнение.
— Мы перейдём черту. И если что-то пойдёт не так, всё, что мы делали до этого — обнулится.
— Иногда, — Грейсон наконец повернулся к ним, — правда требует, чтобы мы вошли в тень. Я не прошу вас следовать за мной. Но я пойду.
— Я с тобой, — сказал Люк. — Кто-то должен вскрыть систему сигнализации.
— И кто-то должен проследить за тылом, — добавил Эван. — Я останусь на связи и буду мониторить, чтобы нас не засекли.
Грейсон перевёл взгляд на Майю. Она молчала, пальцы её сжались в кулак.
— Я поеду тоже, — наконец сказала она. — Ты можешь лезть в темноту, Грейсон, но кто-то должен быть рядом с фонариком.
Команда больше ничего не сказала. Слова теряли смысл, когда решения принимались сердцем.
Всё было ясно.
Дом Джоэла Кингсли ждал. Где-то за пределами города.
Где началась пьеса, что должна была стать последней.
ГЛАВА 8: ТАЙНА СЦЕНАРИЯ
Ночь. Пустынная трасса за городом.
Легкий дождь стучит по лобовому стеклу чёрного внедорожника. Фары режут мокрый асфальт, отражаясь длинными ленточками света. Внутри — Грейсон за рулём, Майя на переднем, Люк и Эван сзади, каждый в тишине, сосредоточенный.
— Ещё километр, — шепчет Грейсон, глядя в GPS, — и мы у дома Кингсли.
Майя наклоняется к нему, едва слышно:
— Помни, никаких огней, ни одного лишнего звука.
Он кивает. Ее рука мягко касается его плеча, дав напоминание: он не один.
В салоне Люк проверяет аккумулятор для отмычек:
— Если сигнализация выключена, попасть внутрь будет просто. Если нет — придется действовать тихо.
Эван с планшетом прислушивается к YouTube-стриму камер у въезда:
— Улица пуста. Видеозапись нас не ловит. Но у меня есть запасной канал — полиция патрулирует трассу, а не этот просёлок.
Внедорожник останавливается у глухого забора, полусгнившего в воде от ночного дождя.
— Здесь, — говорит Грейсон, выключает мотор и тускло светит фонариком по щели ворот.
Майя спрыгивает, проверяет замок — закрутка снаружи. Он не плотно заварен, просто прикрыт ржавым засовом:
— Вопрос на секунду.
Она сдвигает засов — тихо, без скрипа. Ворота поддаются.
Люк вылезает, натыкается на высокую стену.
— Подождите… страхуйте меня верёвкой?
— Держись за спину Майи, — шепчет Грейсон, подавая конец. — Быстро и бесшумно.
— Готово, — говорит Люк и исчезает в темноте двора.
Внутри — влажный воздух, запах гнили и мокрых листьев. Дом Кингсли почти скрыт за густыми ветвями клёна. Он похож на старый замок, где каждая трещина хранит свой секрет.
Грейсон огибает дом, Майя рядом.
— Окно внизу — кабинет, — шепчет он. — Там хранили доказательства.
Эван идёт по крыше багажника, через открытую заднюю дверь:
— Я на связи. Как только зайдёте внутрь — я заблокирую уведомления.
Люк спустился обратно:
— Окно разбито давно. Я заглушил датчик. — Он упал в тень рядом с Майей.
Грейсон берёт её руку на мгновение, потом отворачивается к дому:
— Время узнать правду.
Они прокрадываются к окну, фонарики не включают. Мир внутри кажется статичным: полки с книгами, разбросанные рукописи на столе, в углу — старый граммофон.
Майя осторожно приоткрывает створку.
— Вижу — чем заняться, — шепчет она. — Подожди меня у двери.
Грейсон кивает. Холод пробегает по спине, но внутри — уверенность: сегодня они наконец поймают режиссёра своей судьбы.
Внутри кабинета пол скрипит под шагами. Пыль кружится в фонарном свете. Комната кажется нетронутой — как будто здесь никто не жил годами. Но это ложь.
Грейсон первым входит внутрь, рука уже на фонаре с красным фильтром. Позади — Майя. Эван остаётся на чердачном пролёте, откуда виден весь коридор. Люк замирает у щитка сигнализации — готов отключить всё за секунду, если понадобится.