— Сцена прямо по курсу, — сказал Люк. — Кабинеты должны быть за кулисами. Архив — внизу, если план не изменился с тех пор.
Грейсон задержал шаг.
— Прежде чем мы туда пойдём, — он оглянулся на остальных, — мы должны помнить: здесь уже кто-то умер. Может, не один. И если Кингсли начал писать здесь то, что стало "Последним словом", это не просто случайность.
Майя молча кивнула. В её взгляде — тревога. Люк достал фонарь помощнее, Эван уже держал в руках папку с копиями финансовых связей театра.
В тишине они двинулись дальше. Где-то наверху с лёгким стуком упала доска.
Но внизу… внизу их ждали другие звуки.
Дверь в подвал "Эльзинора" была спрятана за потемневшей кулисой и частично завалена обломками старого реквизита. Люк, присев, осветил ручку фонариком и откинул доски.
— Кто-то закрыл её не случайно, — пробормотал он.
— Или пытался не впустить, — тихо добавила Майя.
Металлическая ручка поддалась с характерным скрипом. Тонкий, словно болезненный, звук прошёл по спине. За дверью — старая лестница, уводившая вниз, в сырой и пахнущий плесенью воздух.
— Вниз по спирали, как всегда, — сказал Эван, пытаясь шутить, но голос прозвучал неуверенно.
Шаги по камню гулко отдавались эхом. Стены были покрыты следами влаги и временем — штукатурка осыпалась, кое-где виднелся кирпич. На стенах местами висели ржавые светильники — давно не работающие.
— Удивительно, как здание всё ещё стоит, — прошептала Майя.
— Может, его держит что-то, что мы пока не понимаем, — отозвался Грейсон, не оборачиваясь.
Наконец они достигли нижнего уровня. Пространство перед ними было широким, с бетонным полом и рядом старых металлических стеллажей. Архив.
Папки. Коробки. Сценарии. Квитанции. Плакаты. Всё в хаосе.
— Кто-то уже копался здесь, — сказал Люк. — Смотри: вот эта стопка — свежий след. Бумага не покрыта пылью.
Грейсон прошёл к дальней стене, где висел старый план сцены, приколотый ржавыми кнопками. Он провёл пальцем по чернилам:
— Здесь был обозначен тайный люк, прямо под сценой. Помните такой и в "Орионе"?
— Совпадение? — Майя подошла ближе.
— Не думаю, — Эван уже разворачивал папку, которую принёс. — Вот контракт на последнюю постановку здесь. Тоже пьеса Кингсли. Только название тогда другое: "Без имени". Но описание сцены… почти идентично.
— И актёр тогда погиб на глазах зрителей, — добавила Майя.
Они замолчали.
— Мы не просто расследуем убийство, — тихо сказал Грейсон. — Мы идём по следу, оставленному кем-то, кто повторяет… что? Ритуал?
— Или пишет одну и ту же пьесу снова и снова, — прошептала Майя.
Из-за дальнего стеллажа донёсся звук — будто шуршание, или шаг. Все обернулись. Фонарик Люка метнулся туда — пусто.
— Никого… — начал он.
И вдруг — на одном из ящиков, почти незаметно, появилась надпись. Будто проступившая сквозь пыль:
"Если завтра не наступит"
Грейсон шагнул ближе. И тогда заметил — рядом с надписью приколота страница. Обрывок старого сценария. И в нём — сцена, которой не было в известных версиях. Финальная.
— Это оригинал, — сказал он. — Или то, что было до изменений.
Майя взяла лист.
— Эта сцена… говорит о смерти… за сценой. О выборе. И о наблюдателе, который знает, как закончится всё.
— Автор? — Эван.
— Или… свидетель.
Тишина снова опустилась на архив. Но теперь в ней было предчувствие.
Они поняли: ответы где-то рядом. Только придётся снова идти в темноту.
Люк осматривал полку за полкой, пока Грейсон и Майя изучали странный фрагмент сценария. Эван сел на край старого ящика, перебирая финансовые документы, пожелтевшие от времени.
— Вот это странно… — пробормотал он, вытягивая из стопки аккуратно завёрнутую папку с печатью театра. — Финансовый отчёт... но подпись не директора.
Он развернул страницу.
— Здесь имя... Леонард Шоу. Режиссёр из нынешней труппы.
— Подожди, — Грейсон поднял голову. — Он работал и здесь?
— Не просто работал. Он числится куратором проекта три года назад.
Майя выпрямилась:
— То есть, он уже был связан с первой смертью?
Люк замер, его взгляд упал на коробку, наполовину спрятанную под рухнувшей полкой.
— А это у нас что?
Он присел на корточки, потянул коробку на свет.
— Метки: "Видеоматериалы. Не расшифровано". Внутри — старые кассеты, цифровые диски.
— Есть что-нибудь промаркированное? — Грейсон подошёл ближе.
— Вот. Надпись от руки: "Финал. Без зрителей. Не показывать".
Все переглянулись.
— Нужно найти, как это воспроизвести, — сказал Люк. — Возьмём с собой.
Майя вдруг замерла.
— Посмотрите сюда.