И вот тут пошёл отсев.
Я этого не видел, слышал. Слева, через стенку, кто-то выругался матерно, потопал мимо. Справа диспетчер вполголоса произнес: «К сожалению, по медицинским показаниям вы не прошли. Выход там». Народ фильтровали и скорее всего по сердечно-сосудистой теме. Искусственная кома это тебе не фунт изюма. Тут надо быть минимально подготовленным.
Мой экран подумал ещё секунду — и загорелся зелёным.
«Этап пройден. Следуйте за сопровождающим».
Сердце в норме, болезней нет, капсулу перенесу хорошо. Машина решила, что я ей гожусь. Я даже выдохнул с облегчением — и тут же поймал себя на этом облегчении и не понял, чему радуюсь.
Менеджеры гнали прошедших дальше, к лифтам. Народу стало заметно меньше. И конечно, там меня уже ждал Тим, целый и довольный, как будто иначе и быть не могло.
— А я что говорил! — Он хлопнул меня по плечу. — Прошли, котан. Мы элита! Наши памятники будут стоять на центральных площадях города.
— Ага, уже отливают.
Мы встали в очередь к лифту. Здесь уже было тихо, без толпы, и можно было говорить.
— Слышь, Лёх. — Тим понизил голос, будто спрашивал что-то неприличное. — А вот честно. Пройдёшь в беты, поднимешь двадцать лямов — куда денешь? Я-то понятно, руф-пати, тачку, шмот, съеду от родаков и дом по Рублевке куплю. А ты?
Я помолчал. Не хотелось всего этого бла-бла-бла, но ведь Тим не отстанет.
— Долг закрою. Шесть лямов. По нейроимпланту.
— По какому?
— Поджелудочная. У матери. — Я смотрел на цифры этажей над лифтом, не на Тима. — Имплант ее диабет контролирует. А он в кредит, на корпорацию. Платежи просрочены, проценты и штрафы конские пошли. На прошлой неделе корпа его душить начала, урезает мощность по вай-фаю по чуть-чуть. Если через месяц не закрою шесть лямов — отрубят совсем. Вернётся диабет. А он у неё тяжёлый, с отёками, тромбами. Мед-ИИ даёт семьдесят два процента, что пойдёт гангрена на ноги.
Тим перестал улыбаться.
— Ампутация?
— Да.
— Хреново, — сказал он тихо. — А кто ставил-то имплант?
— Медицинское отделение Эпла. Ещё до второго ухода из страны.
— Ах, эти…
— Ага. Ушли, поддержку порезали. А платежи как шли, так и идут, представляешь? — Я криво усмехнулся. — Контору в стране закрыли, а долг капает. Списать некому, оспорить негде. Просто капает.
— Вот суки, — с чувством сказал Тим. И это, пожалуй, было самое искреннее, что я за день слышал. — А остальные? Лямов-то двадцать, ты сказал шесть.
— Остальное на себя. — Я секунду подумал, говорить ли. Сказал, но не всё. — Выкуплю и сотру свою чёрную метку. В корп-рейтинге.
Тим глянул на меня иначе. Будто пересобрал картинку.
— Это за тот случай, что ли?
— Ага, — сказал я. И всё. Больше — ни слова.
Тим понял, что больше ничего не будет, и не полез. У него хватало такта хотя бы на это.
Двери лифта разъехались.
Двадцатый этаж был другим миром. Никаких панорамных окон, глухие коридоры, люди в белых халатах и масках. Нас разводили по медицинским кабинетам — кушетка, дуга аппаратуры, экран сбоку. Тестировали на мозговые волны. Альфа, бэта ритмы и прочие сложные слова.
Медсестра попалась приятная, веселый «пончик», с тёплыми руками. Надела мне на голову шапочку, всю в проводах, поправила, чтобы не давило.
— Расслабьтесь. Дышите ровно. Ни о чём не думайте, просто лежите.
Легко сказать — ни о чём. Я лежал, смотрел в потолок и думал обо всём сразу: о матери, о шести лямах, о красном глазе на входе, о железной руке в капсуле, о слогане «Перепиши историю и спаси будущее, которое мы потеряли». А она следила за чем-то на своём экране, и брови у неё медленно ползли вверх.
Она посмотрела на меня. Удивлённо. И по этому взгляду я понял, что снова прошёл.
— Ну что там у меня? — спросил я.
— Идите в конференц-зал. — Она сняла с меня шапочку, аккуратно смотала провода. — Там вам всё объяснят.
Конференц-зал был в конце коридора. И там, конечно, уже сидел Тим — в первом ряду, обернулся, замахал мне рукой, как родному.
Я сел рядом с ним и огляделся. Из всей утренней толпы, из той очереди, что дважды огибала небоскрёб, нас осталось вот столько.
Я пересчитал.
Двенадцать человек.
Глава 2
Свет в зале слегка потух, и в ту же секунду у меня в кармане звякнул телефон. Не у меня одного — бумкнуло разом по всему залу.
Я достал телефон. Уведомление от банк-клиента.
Зачисление: 100 000 ₽. Назначение: «Приветственный бонус. СКАЙНЕТ».