— Товарищ командир? — старшина повернулся ко мне.
Я подошёл, взялся. Ладони легли на холодное железо.
И тут я сообразил, что понятия не имею, сколько раз смогу.
Подтянулся. Раз, два, три — легко, будто и не вешу ничего. На восьмом пошло тяжелее, на десятом руки начали гудеть, но я дожал ещё два и спрыгнул на двенадцатом, чувствуя, как горят плечи.
Строй посмотрел на меня уже иначе.
В углу зрения мягко проступило:
Физическая подготовка. Норматив выполнен в составе подразделения.
Прогресс: Сила 5 → 6
Примечание: регулярные занятия ускоряют рост физических характеристик. Пропуск занятий обнуляет накопленный прогресс за период.
Ага. Значит, качаться и физкультурить теперь придется регулярно. Дробный прогресс, накопительный. И, что характерно, прогорающий, если сачковать.
Хитро придумано, разрабы.
Только что же молчит куратор⁈
Глава 31
Через полчаса, отмывшись под ледяной водой и наскоро перекусив в штабной столовой — перловка с тушёнкой, после вчерашнего окуня что-то совсем не то — меня у лестницы поймал дежурный.
— Товарищ Ковалёв! Гуляев зовёт. Бегом, велел.
Бегом не бегом, но пошёл быстро, гадая по дороге, что на этот раз. «Вызывает срочно» в армии редко что-то хорошее значит.
Комната двенадцать встретила иначе, чем в прошлый раз. Суеты нет, Гуляев возле стола разглядывает большой серый ящик. С медными уголками по рёбрам, с ручкой сверху и двумя широкими брезентовыми лямками, продетыми в кольца, — точь-в-точь заплечный мешок, только великаний, вроде небольшого гроба, поставленного на попа.
— А, Ковалёв! Заходи, дверь прикрой. — Гуляев тронул крышку ящика ладонью, бережно, чуть ли не с нежностью. — Гляди, что тебе выписали.
— Радиостанция?
— Она родимая! ПР2. — Гуляев произнёс это с явным удовольствием, растягивая слова, как фокусник, готовый достать кролика. — Слыхал про такие? То-то. По штату она даже дивизии не положена, а у нас — есть. Мастерские Разведупра выпустили опытную партию, десяток штук на всю Красную Армию, половина осела в Москве, для показа начальству. Округу — три штуки. Ни в Киевском особом, ни в Белорусском ещё и не нюхали такого, а у нас — вот они, лежат. — Он хлопнул по крышке, что-то звякнуло внутри. — И одна из трёх — тебе. Взвод твой — первый в округе, кому такую в руки доверили. Гордись, да не задирай нос.
Гуляев откинул шпингалеты, поднял крышку. Внутри, в гнёздах, обшитых войлоком, лежало хозяйство: сама рация — тяжёлый металлический ящик с ручками настройки и шкалой, ключ на отдельной колодке, моток антенного провода, пара запасных ламп в открытой коробке, батареи — плоские, с чёрными наклейками, и что-то вроде ручной мельницы с рукояткой сбоку.
— Ты радиодело изучал, но на всякий случай напомню — начальник разведотдела штаба взял книжечку-инструкцию, начал показывать мне ПР2 — Диапазон — короткие волны, три поддиапазона, переключаешь вот этим. — Гуляев тыкал пальцем в шкалу. — Режим — только телеграфный, ключом работаешь. Про голос забудь, микрофона тут нет и не будет — конструкторы посчитали, что тяжести и питания на разговоры не напасёшься, а ключ и на слабой батареей тянет далеко. На ключе работать умеешь?
— Учили, товарищ командир.
Он ткнул в батареи:
— Питание — анодная и накальная, комплект, да про запас ещё столько же. Сядут — не беда, вот этим крутишь, — постучал по «мельнице», — индуктор ручной, солдатская механика, не подведёт, были бы руки да сила. Крутить, правда, придётся долго и упорно.
В интерфейсе звякнула, всплыла бесплатная справка от ачивки:
Накальное питание («накал») — низкое напряжение (единицы вольт), которое разогревает нить накала внутри лампы, как спираль в лампочке. Пока нить не раскалится, лампа не работает вообще. На накал ставили толстую батарею (или аккумулятор).
Анодное питание («анод») — высокое напряжение (десятки, а то и сотни вольт), которое подаётся на анод лампы и заставляет через неё идти рабочий ток — то есть собственно усиливать и генерировать сигнал. Ток здесь маленький, но напряжение высокое, поэтому анодная батарея — это набор из множества последовательных элементов.
Грубая аналогия: накал — это «розжиг», разогрев лампы, чтобы она вообще ожила; анод — «рабочее» высокое напряжение, на котором она делает свою работу. Без накала лампа холодная и мёртвая; без анода — тёплая, но бесполезная.
— А по весу как, товарищ командир?
— Со всем хозяйством, с батареями, с антенной — двадцать шесть кило с гаком.
Да… Тащить эту гробину будет сложно…