— Да что ей вообще от нас нужно? — выкрикнул один из бригадиров, в команде которого остался лишь один боец. Причем, он лично обнаружил обглоданные и разодранные тела своих починенных. Часть из них опознать получилось только по обрывкам татуировок и клочкам одежды…
— Скорее всего случайно забралось. Или вывалилось из Лакуны прямо в туннели и не смогло выбраться из-за барьера, — пожал плечами Целитель, задумчиво хмурясь. Что-то тут явно было не так, но он под градом вопросов не мог понять, что именно. — Возможно первый день, а то и больше, это нечто вело себя тихо, искало выход. А потом на него наткнулся кто-то, даже напал… Во и пошло-поехало. Хотя может и не так всё было, я не имею ни малейшего понятия. Да и какое значение это сейчас имеет? Нам нужно продержаться до открытия «коридора» и просто свалить из города.
— А может, тогда, ну его? Завалим все проходы, оставив только тот, что в порт идет. Пусть эта тварь будет нашим прощальным подарком городу…
Спор о том, что делать с монстром, набирал обороты. Аль-Каид думал, хмурился. И молчал. Бежать, бороться, оставить заслон? Любое решение имело последствия, и необходимо было выбрать лучший вариант. Лучший для него. И вот:
— Тихо! –главарь повысил голос, и спор оборвался на полуслове. — Я принял решение. Готовимся к бою. Разбираем всю боевую алхимию! Заряжаем всё, что можно, зачарованными пулями. Вынимаем всё, что есть! Яды, припрятанные эликсиры усиления и прочее! Выгребайте всё, невзирая на ценность! Я лично раздам вам все артефакты из своей коллекции! Открою все запасники. Сейчас экономить и беречь — верный путь к смерти! Всем всё ясно?
Ответом стал взволнованный гул голосов.
— Выполнять!
И тут Рахима осенило. Он понял, наконец, что его смущало! Кровь! Кровь Расула — её параметры отличалась от тех, которые должны быть у простого, пусть и неплохо развитого человека!
Целитель ещё раз приложил руки к уже исцеленной ране на груди и начал сплетать диагностическое плетение. Взгляд его поднялся выше и наткнулся на глаза больного. Холодные, изучающие и совершенно точно не принадлежащие его знакомому Расулу!
А в следующий миг торс пациента словно распался на две части (очень зубастые части, напоминающие гигантскую пасть!), и светящиеся магией руки целителя провалились внутрь тела исцеляемого. Означенная пасть захлопнулась, отгрызая передние конечности незадачливого медика.
Пока все соображали, что происходит, наблюдая за брызжущим кровью Целителем, руки Аль-Каида уже «зазмеились», складываясь в заковыристый магический узор. И в ЛжеРасула устремился сгусток бушующей энергии.
Вот только «пациент» уже скатился на пол, зашипел и, уворачиваясь от ловцов, заметался по помещению, щедро раздавая удары внезапно выросшим хвостом.
А следом раздался жуткий грохот, забаррикадированная дверь оказалась выбита и в помещение не спеша зашёл гигантский и до неприличия зубастый волк. Он растянул пасть в противоестественной ухмылке и слегка посторонился, уступая дорогу напарнику.
Даже в пылу битвы я не смог отказать себе в удовольствии узреть коронный выход Алукарда. Дело в том, что фамильяр за время путешествий по Лакуне своей внезапно вспыхнувшей любви к огнестрелу не растерял. А тут, борясь с преступностью в отдельно взятом подземелье, нам попалось множество образчиков оных орудий смертоубийства. Вот мой напарник, экспроприировав на время отделенного от меня «инсектоида», и дал волю воображению. По два, по три револьвера на конечность, парочка изготовленных к бою винтовок и даже добытый в одном из бандитских тайников слонобой (отделка костью и серебром, а также подозрительно сверкающие в магическом восприятии патроны).
Я с восторгом наблюдал. как этот ходячий арсенал поклонился публике и разразился ураганным огнем (даже Ваш покорный слуга умудрился «словить» пару пуль). В моем мозгу эхом дробились странные звуки — это Алукард ругался и ликовал (кажется, на валахском…)
И тут Аль-Каид, одним метким заклинанием умудрился распылить в ничто половину волка. Я же почувствовал нестерпимое давление и оказался натурально прижат к стенке и обездвижен.
Вот только главарь бандитов не видел, как потолок над ним внезапно «сморщился». На нем проступила зубастая пасть, которая бесстрашно сиганула вниз и сомкнулась на голове сильнейшего мага Песчаных, легендарного Аль-Каида.