— Согласен с тобой! А ещё… — я прервал себя и подумал о своих похождениях в подземельях «Песчаных». Ни об этом, ни о добытых трофеях я Вике не рассказывал. Домашним, впрочем, тоже. Рановато, пожалуй.
Мы продолжили работу, и в следующие полчаса у нас перед глазами начал вырисовываться вполне приемлемый план на ближайшие будущее…
— Подытожим. В ожидаемые результаты можем смело записать добычу открытым способом, доставку и реализацию ряда полезных ископаемых. С куда меньшей вероятностью можно оперативно наладить поиски артефактов. Но и там, и там есть сложности. И, честно говоря, я вовсе не уверена, что нам вообще стоит расставаться с артефактами.
— Правильно! — киваю я. — Так что реализацию артефактов из списка приоритетных направлений развития вычеркиваем. Зато включаем пункт про их исследование.
— Тогда остается определиться, чего нам не хватает для осуществления задуманного? — спросила девушка. И не то, чтобы она не знала ответа, но педантичность и новая должность явно давали о себе знать
— Так, если по порядку значимости. Спецов, рабочих рук, техники для транспортировки и мест хранения добытых материалов. Но соображения по этому поводу у меня имеются, давай поговорим об этом завтра.
— Хорошо. До завтра я тоже постараюсь что-нибудь придумать.
— И вот что ещё! Нужно обязательно включить в наши расчеты моих подопечных. Ведь они могут не только патрульные функции выполнять, но и принимать участие в хозяйственных работах. Тот же Дабмо (большой такой мамонт) обладает четвёртым рангом и магией Пространства. Возможно, он сможет выступить заменой технике?
Виктория посмотрела на меня внимательно и удивлённо:
— А это интересная мысль! — девушка начала активно дополнять свои записи. — Тогда с тебя список «подопечных» с подробным описанием. Нам нужно понимать: их способности, уровень разумности, возможность участвовать в коллективной работе и степень безопасности при взаимодействии с людьми. — Виктория ненадолго задумалась. — А не пора ли отцу подключиться? Он сможет поспособствовать ускорению решения большинства проблем.
При этом было видно, что обращаться к папе Вике не очень хочется, но прагматичный подход к решению задач заставил её поднять данный вопрос.
— Послушай, твой папа — это «тяжёлая артиллерия». Занимается он соответствующими его «масштабу» вопросами. Например, когда речь зайдет о поиске и расширении рынков сбыта, организации собственного производства, взаимодействии в «высоких деловых и административных кругах» и правильной организации «прикрытия» дела от возможных ударов конкурентов или иных недоброжелателей. Справиться с задачами начального этапа мы вполне в состоянии. Ты согласна?
Девушка кивнула.
— Вот и славно! На этом наше первое совещание объявляю закрытым и предлагаю приступить к реализации намеченных задач! У тебя, — я скосил взгляд на сделанные уже лично мной записи, — основное — передать полномочия администратора, уволиться из библиотеки, а следом приступить к сбору и подготовке документов для открытия нашей пока маленькой, но уже очень гордой компании (нам же нужна своя организация?). А у меня — добыча грузовика, на котором мы завтра с Юхтиным отправимся в Лакуну. Ага, а я даже не в курсе, умеет ли он водить автомобиль?
Такой резкий переход слегка выбил Викторию из колеи, но она быстро пришла в себя, сделала мне ручкой и вышла из комнаты, не забыв на прощание выразительно вильнуть бедрами — даже у самых высокоморальных дам этот жест проходит на уровне рефлекса.
Я же залез в бывалую, пережившую приключения в Лакуне торбу, обнаружил искомое и потянулся к телефонной трубке — машина ведь сама себя не достанет.
Вопрос на миллион: кто, даже в режиме жесточайшего дефицита и прочих товарных и административных трудностей, всегда сможет достать почти всё, что угодно, или подскажет имя того, кто это может сделать? Внимание! Правильный ответ — …
В трубке сквозь треск раздался усталый женский голос:
— Коммутаторная слушает!
— Здравствуйте, барышня! Соедините меня, пожалуйся…
И буквально через пару секунд в трубке уже звучал другой голос.
— Алло! Мойзель у аппарата!
— Марк Моисеевич, здравствуйте! Василий Николаев Вас беспокоит.
— А-а-а! Добрый день, добрый день! Рад, просто чрезвычайно рад Вас слышать! Как обстоят Ваши дела? Читали мы на днях газету — это было просто возмутительно! А как переживала моя Хедва! Я никогда не слышал, чтоб она такие ругательные слова употребляла! А какое гневное письмо она послала в редакцию! Она пришла ко мне и велела позвать всех наших хороших друзей! И объяснила им про эту ужасную несправедливость. Все решили тоже написать в редакцию, чтоб гнусным писакам впредь было неповадно! Сегодня немного успокоилась, когда вышла правильная газета! Но что это я всё говорю и говорю, а Вас совсем не слушаю⁈ Говорите же! А ещё лучше — навестите нас и обо всём расскажете!