Ближе к ночи тревогу отключили, но суета снаружи ещё была.
— Ладно, пойдём мы, — поставила Альбина пустой стакан на стол. — Там вроде бы всё улеглось, уже спать пора.
— Спасибо за чай, — улыбнулась Аврора, убрав локон волос за ухо. — И за разговор…
Девушки попрощались, ещё раз поблагодарили за чай и тайком, дабы их не заметили, убежали к себе.
— Хорошая она, да? — выдохнул Анатолий, когда мы остались одни.
— Ты кого конкретно имеешь ввиду? — с ироничной улыбкой спросил я.
Парень смущённо покраснел и не ответил, но тут и так понятно. Понравилась ему Альбина и её косички, вон как глаза горят.
— Ладно, давай спать, — подавил я зевок. — Завтра начинаются первые занятия, надо выспаться.
Сказано — сделано. Спустя минут двадцать Анатолий уже сопел в две ноздри, а я какое-то время поворочался и тоже уснул. И практически сразу проснулся от громкого стука в дверь и мощного голоса:
— Подъём, салаги! На том свете отоспитесь! — и вслед за его словами опять зазвучала тревога, но уже внутри казармы. — Это не учебная тревога! ВСЕ НА ВЫХОД!!!
Глава 8
— А-а⁈ Где⁈ Что⁈ — подорвался с постели Толик от крика и стука, осоловело крутя головой.
Я резко вскочил на ноги, бросил взгляд на часы, отметив, что сейчас пятнадцать минут после полуночи. Следом подбежал к шкафу, вытащив китель и берцы.
— Тревога. Не учебная, — рубленными фразами ответил я соседу.
Пару секунд парню понадобилось, чтобы уложить в голове услышанное, и он начал быстро собираться. Гомон в коридоре нарастал, были слышны недовольные крики новобранцев:
— Какая ещё тревога⁈
— Опять, что ли⁈ Да сколько можно!
— Я только уснул!
Последний крик явно принадлежал Милюхину и звучал максимально жалко, но тем, кто нас разбудил на это было откровенно плевать.
— ТРИ МИНУТЫ НА СБОР! — от медвежьего рёва, перебившего любое недовольство, содрогнулись стены. — ПОСТРОЕНИЕ ВОЗЛЕ КАЗАРМЫ! БЕГОМ, САЛАГИ! БЕГОМ!!!
Анатолий обулся и накинул китель, кое-как его застегнул, перепутав спросонья часть пуговиц.
— Готов? — серьезно посмотрел я на парня, тот медленно кивнул. — Держись рядом. Если нас разделят — постараюсь тебя найти в случае чего.
— Ты думаешь… — со страхом заговорил он.
— Я ничего не думаю, — хмуро ответил я. — Вряд ли нас бросят против монстров прямо сейчас, но лучше держаться вместе.
— Хорошо… Понял!
Я распахнул дверь, выбежал в коридор и чуть не столкнулся к Урусовым. Тот был на взводе, бешено вращал глазами и торопил парней, с которыми жил в комнате. Мы разминулись плечами, рыжий уже хотел было вставить крепкое слово, но его отвлекли. Мы с Толиком быстрым шагом направились к лестнице, куда стягивался народ.
— Костя, Толик, — увидела нас Альбина. — Вы что-нибудь знаете? Что произошло? Почему тревога?
— Только предположения, — сухо ответил я, сбегая вниз по ступенькам. Заметил краем глаза Аврору за спиной подруги. — Сегодня в Червоточине что-то произошло и нас, возможно, бросят в усиление. Но это вряд ли, не верю я в такой исход. Мы сейчас банально мясо для тварей, а не бойцы.
— Согласен, — вставил замаячивший неподалёку Игнат Волков. — Это не рационально.
Мы оказались на первом этаже, коменданта за стойкой не было, что я тоже подметил мимолётно.
— Возможно, тревога учебная и…
В этот момент мы выбежали на улицу, где нас встретили заряженные бойцы Корпуса. Возглавлял их крупный, лысый мужчина, голову которого покрывали шрамы. Его закрученные усы угрожающе топорщились, на форме были лычки штабс-ротмистра, а глаза чуть ли не метали молнии.
— … или не учебная, — закончил я, оценив ситуацию.
— Чего замерли, салаги⁈ — рыкнул на нас штабс-ротмистр. — СТРОЙСЯ, РАЗ-ДВА!
На то, чтобы создать подобие строя, у нас ушло больше, чем три минуты, которые давались изначально. Никто больше не возмущался, не пытался качать права и выяснить в чём дело. Все молчали, а в воздухе повисло гнетущее напряжение.
— М-да, и это строй? — разочарованно цокнул мужчина, пройдясь вдоль первой шеренги. — Стоите так, будто бык поссал! Но ничего, я ещё научу вас родину любить, а устав Корпуса станет для вас мамой и папой, — остановившись в центре, он подобрался, завёл руки за спину и расставил мощные ноги на ширине плеч. — Равняйсь! Тц-ц, убожество! При равнении, салаги, вы все, кроме правофлангового, должны повернуть голову направо и выравнятся так, чтобы каждый видел грудь четвёртого человека, считая себя первым! Ещё раз, равняйсь!
Мы кое-как выполнили требуемое, но несколько человек всё же ошиблись. Это не укрылось от штабс-ротмистра, но он всё же кивнул.