— Кгхм, — укоризненно посмотрел на него Митрич. — Не слушайте его, ребята.
Мы с Игнатом переглянулись и пожали плечами. Забавно, конечно, в Корпусе ветераны развлекаются, но да ладно.
Остальные парни дошли до конца, устало развалившись прямо на полу. Нам дали время отдохнуть, перед тем, как начнётся второй этап занятия.
Дверь в спортзал открылась, привлекая всеобщее внимание. Внутрь зашёл невысокого роста мужчина средних лет. В деловом клетчатом костюме тёмных тонов, белой рубашке и красном галстуке. На руках он носил кожаные чёрные перчатки, чем-то напомнив мне Абрамова. Короткие светлые волосы, почти полностью скрывал головой убор в виде кепи. На обветренном лице с жёсткими чертами виднелись морщины вокруг глаз и на лбу. Чуть прищуренные, цепкие оливковые глаза сразу оценили обстановку вокруг во всех деталях.
На несколько секунд задержав на мне взгляд, он пошёл прямо к нам. Походка у него была плавной, как у хищника, готово в любой момент вступить в бой и нанести первый удар. Да и всем своим видом этот мужчина источал какую-то звериную ауру. Митрич и Дуб сразу же подобрались, словно почувствовали угрозу.
— Демидов Константин Викторович, полагаю? — сухо спросил он. Голос мужчины отдавал сталью, а глаза внимательно рассматривали меня, подмечая любые детали.
— Да, — спокойно кивнул я в наступившей после его появления тишине. — С кем имею честь?
— Спицын Евгений Евгеньевич, — представился мужчина. — Я назначен вашим куратором с этого дня.
Вот теперь и я присмотрелся к этому человеку получше. Искра божественности ещё не давала мне возможности оценить потенциал собеседника, но я был уверен — Спицын силён. Очень силён и очень опасен.
— Мне нужно переговорить с вами по поводу расписания и дальнейшего взаимодействия, — перевёл он взгляд на Митрича и Дуба. — Штабс-ротмистр Николаев вкурсе.
— Если командир дал добро, то забирайте, — повёл плечом Дуб, а его коллега скупо кивнул.
Спицын кивнул. Сомневаюсь, что он рассчитывал на другой ответ, даже если бы Николаев вообще не знал о его приходе.
— Идёмте, Константин Викторович, — чётко развернувшись на носках ботинок, мужчина последовал на выход.
— Шпиком запахло… — очень тихо прошептал Дуб, а Митрич промолчал. — Будь осторожен, Демидов.
Я благодарно кивнул и пошёл вслед за куратором. Весь путь он сохранял молчание. Мы поднялись на второй этаж, прошли несколько коридоров, а затем остановились возле неприметной двери без таблички.
— Заходите, Константин Викторович, — сняв кепи, мужчина повесил его на вешалку и прошёл к столу у окна.
Это помещение чем-то походило на кабинет учителя по физической подготовке, у левой стены лежали мячи в сетке, а правая была обклеена постерами с позирующими спортсменами. В углу находился кулер на тумбочке, где стояли кружки с пакетированным чаем, растворимым кофе и сахаром.
— Чай, кофе? — деловито спросил Спицын, наливая кипяток.
— Чай без сахара, будьте добры, — кивнул я, прошёл к одинокому стулу напротив стола и сел.
Мужчина поставил передо мной исходящую паром кружку и присел за стол. Вступать в беседу он не торопился, предавался своим мыслям и просто пил чай. Я первым говорить не стал, рассматривая кабинет. Чай, кстати, был неплох, пусть и в пакетиках. Надо бы запомнить название и купить в комнату при случаи.
— У вас должно быть возник вопрос, почему именно я стал куратором вашей группы, когда на это место претендовали Кутузов Кирилл Серегевич, ротмистр Самойлова Татьяна Ярославовна и Карпатов Геннадий Алексеевич, — спустя минуты три тишины заговорил Спицын, сделав глоток из кружки с принтом «Большой Босс».
— Да, — кивнул я, сделав глоток. — Нам изначально дали выбор, но обстоятельства изменились.
— И вы думаете, в лучшую сторону или в худшую, ведь в отличие от Самойловой и Кутузова вы со мной незнакомы. Как и с Карпатовым, но мы оба знаем, что он следует приказу княгини Голицыной Анфисы Захаровны. Её интерес к вам понятен, — мужчина вытащил из кармана пиджака пару карамелек и предложил мне одну. — Будете?
— Не откажусь, — принял я угощение. После полосы препятствий хотелось сладкого, да и вряд ли она отравлена. Если бы шпик, как его обозначил Дуб, хотел меня убить, то сделал бы это не так глупо.
— Так вот, — продолжил он. — Я ознакомлен с вашей ситуацией по поводу княгини. И как ваш куратор могу уверить, что поползновения в вашу сторону прекратятся. Разумеется, княгиня продолжит действовать за пределами Корпуса, но внутри её руки будут связаны.