Камни горели небольшими костерками, давая мало света — ничего за ними рассмотреть было нельзя.
— Давай-ка я попробую, — предложила свою помощь Гранитэль, которая, как знал Лён, обычно избегала делать за него то, что он сам должен уметь.
Редкие язычки огня вдруг стали разрастаться — пламя так и бежало по камням, оставляя за собой горящий след. Полоски стали объединяться, и вот целая полоса, треща и разбрасывая искры, поднялась за стеной. Огонь побежал дальше в стороны, очерчивая собой кольцо — оно охватывало маленькую крепость, а внешняя сторона кольца стала расширяться. Вот тогда Лён увидел их.
Десятки зверей стояли в пределах видимости, а сколько их было дальше — неизвестно. Они были лохматы, стояли на задних лапах, похожих на большие птичьи лапы, а передние были похожи на медвежьи — толстые и с очень длинными когтями. Но более всего Лёна поразили их морды: некая диковинная помесь медвежьей головы с пастью крокодила.
— Сквабары! — потрясённо вскрикнул он.
Звук его голоса как будто дал команду: чудовища, которые дотоле лишь переминались на месте и принюхивались, двинули вперёд. Их было много, слишком много на одного — около сотни, и это только в переделах видимости! Их короткие кожистые крылья, на которых летать было нельзя, трепетали над головами, а глаза светились красным. Передние животные ступили морщинистыми лапами прямо в огонь, и не испугались. Они продвигались сквозь пламя, вглядываясь вперёд, как будто оно мешало им видеть. Против ожиданий, шерсть на монстрах не загорелась, но изменила цвет: из тёмно-бурой она стала ярко-красной, и вся толпа чудовищ приобрела вид дьявольского войска, как будто только что выбрались из ада.
— Вот он! — прорычал один из монстров, указывая своим длинным когтем на Лёна.
Мгновение Лён приходил в себя, настолько сильно поразило его то, что сквабары не боятся огня. А далее он вспомнил, как будучи Гедриксом в том странном погружении в прошлое героя, в которое пустил его Перстень Исполнения Желаний, он бесстрашно сражался с этими тварями. Гедрикс не раздумывал ни секунды, он просто бросился в атаку, даже не зная, уцелеет ли он после этого. И уцелел — сквабары панически боялись его волшебного меча.
В тот миг, когда волна чудовищ достигла стены и уже переваливалась через прореху, фигура человека, стоящего на краю небольшой возвышенности вдруг окуталась дрожащим серебряным светом. Через мгновение он изменился — теперь это был закрытый сияющими латами рыцарь, а в руке его пульсировал длинный клинок.
— Меч Джавайна! — крикнул человек.
Он ожидал, что твари испугаются, ведь сквабары знали, что такое меч Джавайна. Но этого не произошло. За спиной рыцаря крылатый конь издал пронзительное ржание и хлопанье крыльев дало знать, что Сияр поднялся в воздух. Это хорошо, поскольку давало рыцарю свободу действий — ему не надо было теперь защищать своего коня. Но всё же Лён невольно огляделся и увидел, что окружён со всех сторон: чудовища обошли ограду сзади, пробрались за неё и теперь приближались к своей добыче. Он был один на небольшом холме, а со всех сторон близились враги. Похожие на сон преисподней — все они, от макушки до пят теперь были кроваво-красного цвета, словно огонь напитал их энергией. Всё новые и новые твари выходили из огня с алчно распахнутыми пастями, и все смотрели на Лёна своими красными гляделками, словно уже ели его глазами.
— Хозяин, я опущусь на землю! — кричал сверху конь. — Садись верхом и улетаем!
— Нет, Сияр, — твёрдо отвечал хозяин. — Я встречу их.
На дьявольских животных эта речь не произвела ни малейшего впечатления, разве что несколько передних тварей внезапно рванули с места и покрыли разделяющие их и вожделенную добычу двадцать метров одним прыжком — при этом им помогали маленькие крылья, они затягивали прыжок. Лён помнил, как быстро могут перемещаться эти твари — помнил из своего погружения в историю Гедрикса.
Первая тварь, достигшая его, налетела на меч, и тот не подвёл хозяина: две части, на которые распалось тело монстра, коптя и издавая вонь, упали за спиной Лёна, так велика была скорость, с которой двигалось животное. Но остальные словно не заметили, они ринулись вперёд и всей массой налетели на рыцаря. Не выдержав натиска, он упал на землю.