— Тут кое-что похуже, — ответила принцесса. — Под этими наслоениями скрыт человек.
На «лице» статуи, покрытом толстой коркой минерала, слабо просматривались неровности, которые можно было принять за нос и губы. А на месте глаз были два тёмных пятна.
— Странный способ захоронения, — дрогнувшим голосом сказал Лён, представив себе, сколько веков здесь должен стоять труп, чтобы обрасти слоем минерала.
— Это не захоронение, — ещё более удивилась принцесса. — Этот человек жив!
— Жив?! В этой глыбе?! Каким образом?!
— Я тоже изумляюсь! Но эта минеральная оболочка не что иное, как темпоральный скафандр! Там, внутри, замедлено время! Он может так стоять века!
— Ты можешь освободить его, Гранитэль?
— Конечно, я могу. Для меня нет в этом ничего невозможного.
После этих слов кора кристаллов на фигуре стала осыпаться, усеивая мелким белым песком камни под её ногами. Очень скоро вырисовались чёткие очертания действительно человеческой фигуры — судя по росту, это был мужчина. И вот тонкий слой белой пыли остался на его лице и одежде. Ещё мгновение, и лицо сморщилось, правая рука опустилась, левая поднялась, и человек громко чихнул в ладони. Остатки пыли слетели с его век, оставив только след на щеках, зато от движения пополз рукав с плеча. Вторым чихом сорвало верхнюю половину одежды, отчего хрупкие лохмотья полосками повисли на ремне незнакомца. От третьего чиха лопнула обувь: всё только казалось целым, на самом деле одежда истлела в камне и глазам Лёна предстал совершенно оборванный человек, неудержимо чихающий в ладони. Наконец, он свободно вздохнул и расправил спину. Запорошённые белой пылью веки поднялись, и открыли чёрные глаза, которые на фоне припудренного остатками соли лице смотрелись особенно ярко.
— Нет! Нет! — хрипло закричал человек, отшатываясь от Лёна и ища на поясе несуществующий меч.
— Я вам не враг, — спокойным голосом ответил Лён, стараясь произносить слова как можно чётче, а в голосе выразить расположение.
Ничего удивительного, что этот человек так напуган — простоять в камне много лет!
Но тот уже оглядывался с выражением дикого ужаса в глазах. Лицо его побледнело под белой пылью, а одежда от резкого движения стала облетать, как сухие листья. Видимо именно это привело незнакомца в сознание. Он вдруг принялся неуверенно себя ощупывать, проводить руками по оголившимся плечам, груди, разглядывать клочки одежды. И наконец поднял на неподвижно стоящего Лёна глаза, в которых появился разум.
— И сколько я так стоял? — спросил незнакомец.
Лён пожал плечами, поскольку не знал ответа на такой вопрос, но было ясно, что о незнакомце следует позаботиться — тот всего за одну минуту утратил почти всю одежду и теперь походил на потерпевшего кораблекрушение.
— Вы дивоярец? — спросил незнакомец, мельком взглянув на крылатого коня, стоящего за спиной Лёна, чем проявил осведомлённость о существовании Дивояра. Это понравилось Лёну гораздо больше, потому что у него снова возникла надежда узнать кое-что по своему вопросу.
— Да, такие лошади, как у меня, служат дивоярцам, — согласился он. — Но, сам я пока не подлинный дивоярец, скорее стажёр, потому что Дивояр ещё не вернулся на Селембрис. Вот когда небесный город прибудет в этот мир, тогда меня и представят Совету Дивояра.
— Это неважно, — мотнул головой незнакомец. — Раз у вас крылатый конь, то вы уже дивоярский маг.
Лён кивнул, соглашаясь: приятно всё же иметь дело со знающим человеком. А тот опять потрогал свою одежду, вернее остатки от неё. Незнакомцу явно было неприятно стоять почти голым перед прекрасно экипированным дивоярцем.
— И кто же с вами так поступил? — спросил тот.
— Не могу врать своему спасителю, — проговорил незнакомец. — Я попался под горячую руку вашему собрату. Мы не сошлись во мнениях об одной вещице, и дивоярский волшебник предпочёл воспользоваться своей магией. Я вижу, вы ещё молоды и не знаете, как власть делает человека жестоким.
— Вы о дивоярце? — удивился Лён.
— Прошу не принимать на свой счёт, но я о дивоярцах. Не о всех, конечно, но сами подумайте: легко ли устоять перед своими возможностями в разрешении спора? Однако мы заговорились, и я забыл представиться. Меня зовут Лавар Ксиндара, я тоже некоторым образом волшебник, хотя и не дивоярец.
Человек учтиво поклонился, что выглядело при его голом виде очень забавно.
— А ваше имя, мой спаситель? — приветливо спросил он, поднимая на Лёна свои живые чёрные глаза.
— Меня зовут просто Лён, — ответил тот. — И никаких фамилий.