— О! Вербена, лимонник, шиповник, липовый цвет! — блаженно бормотал он, нюхая воду и из ладоней поливая себе на лицо горячие струи с обильно плавающими лепестками. — Сначала надо хорошенько отмокнуть.
Лавар ушёл с головой под воду, оставив на полминуты лишь мелкие пузырьки, потом вынырнул и зафыркал.
— Чудесно, чудесно, — бормотал он, занятый исключительно лишь собственными ощущениями. — Лимонник расширяет поры, после чего кожа буквально начинает дышать. Липа залечивает всяческие мелкие трещины, которых мы обычно не замечаем на ступнях, локтях, коленях и ладонях. Шиповник делает кожу гладкой и белой, а лаванда надолго устраняет запах пота. А какая мягкая вода!
Глядя на него, Лён потешался, но всё же не признать явного искусства банщиков было бы неверно. Потом оба попали в опытные руки и испытали на себе действительно волшебные составы: ароматная жидкость, которой им мыли головы, едва напоминала земной шампунь, но действовала гораздо лучше. После её применения Лён почувствовал, как его оставила усталость. Несколько месяцев скитаний по дорогам и мирам Жребия оставили в нём след, который выражался затяжным напряжением в мышцах. Вот отчего настроение его так часто имело необъяснимую подавленность! Это была просто усталость! А потом ещё и эти мёртвые реальности аномальной зоны, куда его поначалу занесло! Теперь же он искренно блаженствовал под опытными руками банщиков — это вам не томная игра с лёгонькой мочалкой, которую затеяли прекрасные пери в степном дворце! Здесь мытье в бане было высшим искусством, и Лён оставил всякие насмешки, с которыми выслушивал высказывания свое спутника.
После отмочки в горячей воде, их попросили к лавкам — облицованным изразцами параллелепипедам, которые полукругом обступили большой бассейн, где блаженно плавали десятка полтора клиентов. Лён рассмотрел, что зал, в котором они принимали баню, был не единственным — высокие арки уходили вправо и влево, и оттуда в горячем пару слышались мокрые голоса и плеск воды.
Целиком уйдя в ощущения, Лён лишь блаженно закрыл глаза, принимая с благодарностью все заботы молчаливого банщика. Так, пройдя через все удовольствия городской бани, освежённые и разнеженные от блаженства, приятели оказались снова в раздевалке, где на лавке их ждали пропылённые одежды и пахнущая потом странствий обувь.
— Э… — с сожалением лишь обронил Лавар, натягивая на себя рубашку.
Лён оказался в гораздо худшем положение: если его спутник брезговал лишь вчера надетой рубашкой, то что сказать ему, который уже не первый день носит на себе эту провонявшую потом странствий одежду! Впервые Лёна до такой степени это задело. До сих пор он и не задумывался над такими вещами.
— Скажите, милый, — расслабленно обратился к прислуге Ксиндара, который успел выхватить из рук своего спутника золотую монету и теперь подавал её прислуге, словно достал её из собственного кошелька. — А где есть ли тут у вас приличный портной? Мы с моим другом, знаете, странствовали по свету и слегка пообносились.
Не обращая ни малейшего внимания на друга солидного господина, который в это время напяливал на себя старые обноски, банный служка алчно зажал в руке крупную монету. Судя по его реакции, сумма значительно превышала обычную здесь цену, и парень сомневался: понимают ли эти двое приезжих, что переплатили, откуда следует, что про сдачу следует умолчать? Вопрос был задан очень кстати, и служка весь так и расплылся в улыбке:
— А что желает господин? Вам для торгового предприятия или заказать торжественную форму для ремесленного цеха? Я знаю человека, который так перелицовывает старые плащи, что не отличишь от нового. А вашему слуге подштопают одёжку, почистят шляпу и подобьют набойки на каблуки.
— Нет, дорогой, — ласково ответил Ксиндара, никак не проявив, что понял издёвку. — Нам нужен настоящий портной, понимаешь?
— У каких одеваются богатые купцы? — уже без насмешки кивнул парень, увидев в руке у клиента блестящую новую монету. Откуда взял её Ксиндара — непонятно, потому что Лён не давал ему.
— Нет. Ты не понял, — уже совсем без смеха сказал клиент, и его голос приобрёл нешуточную твёрдость. — Нам нужна хорошая одежда — ясно?
— Да, я понял, — ответил парень, не сводя глаз с золотого. — Изволите отправиться сейчас?
— Немедленно, — со значением сказал Лавар Ксиндара. Так что, Лёну ничего более не оставалось, как следовать за своим новоприобретённым другом, который гораздо лучше него разбирался в деталях городской жизни — даром, что сотни лет стоял в камне!