— Парр! — крикнул ошеломленный Барнет. Он изо всех сил толкнул инспектора и побежал через сад. Но троих полицейских, ожидавших его на улице, не так-то легко было стряхнуть с себя, и Флеш Барнет не успел оглянуться, как оказался в полицейском участке.
Тем временем Парр на собственный страх и риск решился обследовать дом. Сопровождаемый еще одним сыщиком, он поднялся вверх по лестнице.
— Это, очевидно, единственная комната, в которой есть кто-нибудь, — сказал он, увидев свет, пробивавшийся под потолком, постучал в дверь, но не получил ответа.
— Ступайте и попробуйте разбудить прислугу, — приказал он коллеге.
Но полицейский вернулся с известием, что никого из прислуги нет дома.
— Здесь, наверняка, кто-то есть, — сказал инспектор и карманным фонариком осветил коридор. Он увидел столик и с поразительной для своего возраста ловкостью вскочил на него и заглянул в вентилятор.
— Я вижу кого-то, лежащего в постели, — сказал он и крикнул:
— Эй, вставайте!
В ответ никакого движения.
Сильный стук в дверь тоже не дал результата.
— Спуститесь вниз и поищите топор. Мы взломаем дверь, — сказал Парр. — Мне это не нравится.
Топор найти не удалось, но зато нашелся молоток.
— Посветите немного, мистер Парр, — сказал полицейский, и инспектор направил свой фонарик на дверь. Дверь была совершенно белая, за исключением красного круга, отпечатанного на ней резиновым штемпелем…
— Взломайте дверь, — сказал Парр, тяжело дыша.
Они пять минут из всех сил колотили молотком по двери, пока в ней не образовалась порядочная дыра. Спящий не шевелился.
Парр просунул руку в образовавшееся отверстие и повернул ключ.
Затем он поднял верхний засов и проскользнул в комнату. На столе горели лампа, отбрасывая свет на человека, лежавшего на кровати. Он лежал на спине, на его лице застыла страшная улыбка. Он был мертв, в этом не было никакого сомнения.
Глава 17
Было далеко за полночь. Дерек Телл сидел в своем маленьком, уютном рабочем кабинете. В дверь постучали, он встал и впустил в кабинет инспектора Парра.
Парр изложил ему последние события.
— Но почему же вы не известили меня? — с упреком спросил Телл, но тут же сменил гнев на милость и рассмеялся. — Мне очень жаль, — сказал он, — что я все время вмешиваюсь в ваши дела. Но каким образом убийце удалось ускользнуть? Вы говорите, что в течение двух часов наблюдали за домом и видели, как девушка вышла?
— Без всякого сомнения. Она вышла и поехала домой.
— И никто, кроме нее, не входил?
— За это я не могу поручиться, — сказал Парр. — Но тот, кто находился в доме, должен был забраться туда задолго до того, как Марль вернулся из театра. Я потом нашел еще один выход через гараж позади дома. Мои люди оцепили дом, но я не сумел всего предусмотреть. И как это я, старый воробей, не догадался, что в доме два выхода — второй через сад позади дома, — Парр был огорчен, но его самокритичность заслуживала некоторой похвалы. — Убийца, конечно, ускользнул через калитку сада.
— Вы были там потому, что следили за девушкой?
Парр отрицательно покачал головой.
— Тогда почему вы вообще оцепили дом Марля? — удивился Телл.
Ответ инспектора должен был удивить его еще больше:
— Потому что Марль по возвращении в Лондон постоянно находился под наблюдением полиции, — объяснил Парр. — В особенности после того, как я установил, что это он писал письмо, клочок которого я нашел в доме Бирдмора. Я сравнил почерк и установил его авторство. Для этого я однажды попросил Марля написать мне адрес его портного.
Инспектор явно наслаждался произведенным на Телла впечатлением. Воодушевленный, он продолжал:
— Я не знаю, какие дела были у старого Бирдмора с Марлем и что вообще привело Марля в дом Бирдмора. Но я попытался припомнить все, что знаю об этой встрече. Вы, может быть, тоже помните, что Марля, когда он пришел туда, внезапно охватил панический страх?
— Я вспоминаю, — кивнул Телл. — Мне рассказывал об этом Джек Бирдмор.
— Он отказался остаться на ночь и заявил, что хочет вернуться в Лондон, — продолжал Парр, — На самом деле он доехал только до Кингсайда, станции, находящейся на расстоянии всего восьми или девяти миль. Он отправил свой чемодан в Лондон, а сам пешком вернулся назад. Он и был, очевидно, тем человеком, которого убийца в ту ночь видел в лесу. Но почему он вернулся после того, как страх заставил его бежать? Почему он написал письмо, которое должно было быть передано еще ночью, в то время, как он имел возможность рассказать все Джеймсу Бирдмору лично?