—Хорошо, можем не быть друзьями, я просто буду таскаться за тобой. Может быть ты не знаешь, но на тебя многие засматриваются, даже обсуждают, кто попробует склеить тебя, тебе же лучше, если я буду охранять тебя, договорились?
—Меня не нужно охранять. Мне нужен покой.
—Тогда я буду преследовать молча.
Мой взгляд гуляет по кабинету, я смотрю на однокурсников и не могу поверить, что все люди, находящиеся здесь и за пределами этих стен, уже забыли о вчерашнем кошмаре, они живут дальше, словно Лина никогда не училась здесь. Словно этого человека они никогда даже не видели. Впечатление такое, будто всем кроме меня стёрли память и они свободны от скорби.
Слёзы сами наворачиваются на глаза, капая на тетрадь друг за другом. Тим замечает это и, ничего не спрашивая, хочет накрыть мою руку свое в жесте поддержки, но я мотаю головой, запрещая притрагиваться ко мне, и отворачиваюсь, избегая прикосновений.
Глава 8. Рома открывает новое
После длинной лекции, на которой я совершенно ничего не слушала и не записывала, к нашей парте как фурия прилетает Карина, она упирается ладонями в стол, демонстрируя ярко-розовый свежий маникюр.
Её поза агрессивная, взгляд бушующих глаз с долькой безумства обращен на меня.
—Нашла замену своей мёртвой подружке, — её голос звучит как хлыст, рассекающий воздух, самое пожалуй ужасное, что слова влетают в самое сердце, истязая его.
Тим встаёт мгновенно, хватая Карину за предплечье, он притягивает её к себе близко, буравя взглядом. Она пытается скрыть дрожь от его прикосновений, девушка без ума от него по больному, не собираюсь я стоять между этими двумя ни как подопечная охранника, ни как «новая подружка».
— Ты не смеешь произносить подобное, иначе я никогда больше не заговорю с тобой.
Так, вот только этого мне не хватало.
—Ты отдал эту кофту! Мы покупали её вместе!!!
Я оставляю их и иду в туалет. Лампочки не мигают, салфетка, которой я не посмела коснуться - пропала.
Достаю свою водолазку и застирываю её при помощи жидкого мыла из дозатора. Сильно отжимаю и грею под горячей струёй сушилки. Водолазка чуть влажная, но на мне высохнет быстро.
Снимаю толстовку и аккуратно складываю. Натягиваю неприятную влажную ткань на тело.
Когда я возвращаюсь, они ещё не прекратили разборки, их ругань слышно в коридоре.
Кладу толстовку на нашу парту и ухожу. Меня бьёт мелкой дрожью от холода, но я не обращаю на это внимания.
На следующей лекции я сажусь с Ромой - нашим старостой, он с головой погружен в свой ноутбук и кажется не сразу замечает, что я к нему подсела.
—Осложнения с бойфрендом? — говорит, продолжая печатать довольно быстро.
—Рома, ты меня за два года видел в компании бойфрендов?
—Нет, до сегодняшнего дня я ни разу не видел тебя с парнем дольше минуты.
—Тогда о чем ты болтаешь?
—Ну ты надела его худи и сидела с ним на лекции, да и Карина агитирует всех создать против тебя целый клуб.
Тяжело выдыхаю, в эти дни глубокой скорби мне не хватало ещё отбиваться от своих одногруппников.
—Так вы вместе? — продолжает гнуть свою линию Рома.
—Сплетни для клуба собираешь?
Парень выдыхает, ухмыляясь.
—Вы с Линой такие разные, как Инь и Янь, — наконец взглянув на меня, подмечает он.
—Из-за того, что у нее черные волосы, а у меня светлые?
Рома начинает заразительно смеяться, меня злит, что он говорит о покойной, но при этом забавляется.
—Внешность я не учитывал, но и в этом тоже.
—В чём именно?
—В том самом.
В кабинет заходит Лидия Оскаровна, и я не выдержу, если не узнаю, что подразумевал наш ботан.
—Говори!
— В то время, как ты избегала всех мужчин в мире, Лина наоборот активно искала их внимания, — меня словно окатили ледяной водой, я открываю рот, чтобы узнать больше, но меня перебивает Тимофей, возникший из воздуха.
—Почему ты ушла? — у него в руках с толстовка, оставленная мной в предыдущей аудитории.