—Тим, я не понимаю, почему ты сделал какие-то выводы в своей голове, ничего не обсудив со мной?
Парень хватает меня за руку и вытягивает из машины, чтобы мы были на одном уровне, впечатываюсь в его тело, чувствую себя неповоротливой в тёплой куртке, парень прижимает меня к авто.
—Чем он лучше меня?
Такое чувство, что этот вопрос он задаёт не мне, а миру. Потому что не первый раз происходит что-то подобное. Что связывает их?
Тим так близко, что я чувствую его мятное дыхание на своём лице.
—Ты сдурел? — Матвей подлетает, отволакивая Тима.
—Совсем голову потерял? — Самойлов буквально рычит, он хочет врезать Тиму.
—Матвей, всё нормально, пойдём.
Обхватываю руку Самойлова, но она каменная от напряжения, парень продолжает свирепо сверлить глазами Тима, удерживая его за трещащий по швам капюшон.
—Матвей, пожалуйста.
Если Самойлов начнет бить, то следующий труп на территории университета будет Тимофей.
—Он не сделал тебе больно?
—Нет, он больше не будет так себя вести, правда? — Тим выкручивает руку и волком смотрит на Самойлова. В его глазах помимо гнева всепоглощающая ненависть.
—Да пошли вы! — кажется, что в глазах Тима застыли слёзы, и они там не из-за меня, причина в какой-то глубокой проблеме, о которой они оба молчат.
Парень уходит, мы с Матвеем движемся в сторону кофейни.
—Что он хочет от тебя?
—Я должна сегодня выйти на работу, об этом говорили.
—Ни за что. Я не позволю тебе работать на него.
—На него? В смысле?
—Это его фитнес клуб, он давно этим занимается.
—Откуда у него фитнес клуб?
—Его отец очень богат, подарили ему на совершеннолетие, чтобы не искал подработки, а учился с малых лет управлять людьми.
—Откуда ты знаешь?
—Тим мой двоюродный брат.
Глава 42. Духи и слухи
— Получается, что твой дядя - отец Тима? — удивлённо говорю я.
Мы медленно идём к крыльцу, от мороза под ногами хрустит снег.
—Совершенно верно, моя дорогая ведьмочка, — я смотрю на Матвея и начинаю видеть в нём черты, схожие с Тимом, или может мне это кажется?
—Матвей, получается, что Тим ревнует? — догадываюсь я.
—Что-то вроде того, только эта ревность с годами переросла в ненависть, — говорит Матвей, облизывая губы, поглаживая ладонью свой затылок.
—Ты тоже на него злишься? — говорю с печалью в голосе, потому что вижу, что Матвей хоть и принял положение вещей, всё равно чувствует за что-то вину.
—Лера, веришь, мне вообще кроме тебя никто не нужен, на всех остальных глубоко фиолетово, — мы проходим через главный вход, парень держит мне дверь, продвигаемся к раздевалке, Матвей помогает снять мою куртку и сам сдаёт её на общую вешалку, а потом придавливает меня своим телом к стене и обхватывает лицо ладонями.
—Ты чего это? На нас все смотрят, — говорю осипшим от волнения голосом, девочки из нашей группы перешептываются, кивая любопытными носами на меня,— Матвей пробегается кончиками пальцев от бёдер до талии, чуть задрав мою водолазку, касаясь кожи, — Я должен закончить то, что начал в машине, ты позволишь? — его горячий шепот так меня расслабил, что я готова плюнуть на всех вокруг, он крепче притягивает меня за талию, вцепляется в меня своими губами, и я расслабляюсь в горячем поцелуе. Его руки смелее трогают меня, язык дразняще играет с моим, и я вспоминаю, как он сегодня утром всё это проделывал между моих ног, меня бросает в жар, сдерживаю стон.
—Я схожу с ума, Лера, — шепчет Матвей, оторвавшись от меня, он прислоняется своим лбом к моему, наши взгляды встречаются, не знаю, что говорят мои глаза, но его пышат желанием и нежностью одновременно.
На лекциях мы то и дело переглядываемся, я просто жажду его спровоцировать на что-то безумное, но с другой стороны я не такая и это не про меня.
—Перестань так смотреть на меня, — шепчет парень мне в ухо.
—Как?
—Как будто готова на безумства, — Матвей гладит меня через джинсы по внутренней стороне бедра, продвигаясь к самой промежности, мои ноги послушно раздвигаются, но он только целует меня в щеку и отстраняется.
Остаток лекции я сижу как пьяная.