Теперь ему суждено было выслушать замечание Карахана, обвинявшего его в том же. Наша контрразведка тщательно выяснила общий облик и психологию каждого из неприятельских командующих.
Для нас эти сведения имеют неменьшее значение, чем сведения о боевом вооружении неприятельских судов. На основавши этих сведений мы можем предположить, как неприятельские военачальники будут действовать в том или ином положении. Мы знаем, что они предпримут, и знаем, что нам следует предпринять. Наши сведения о Брикстоне – первый наш козырь в этой игре, а второй наш козырь – это наш воздушный флот. На эти два козыря мы поставим все.
Кроме того к нашей выгоде говорит и то обстоятельство, что Карахан солдат, а не моряк. У первого Наполеона, было то же самое уязвимое место.
Для меня последние дан февраля, проведенные на Кубе были полны особого смысла и значения. Беспрерывно шли приготовления к величайшей битве эпохи. По ночам транспорты доставляли в Гавану бесчисленные подкрепления, которые направлялись в восточную часть острова и размещались в Сант-Яго и Сант-Фуето.
Острова Гаити, Доминика и Пуэрто-Рико были оставлены без внимания. Несмотря на то, что гарнизон этих островов был малочисленен, а оборонительные сооружение соответствовали требованиям современной техники, островам этим не было уделено внимания, так как было ясно, что Карахан не склонен развивать своего наступления в Вест-Индии. При желании он мог бы давно захватить эти острова, но не считал нужным распылять своего внимания.
Самой опасной для нас позицией Карахана являлся остров Ямайка, служивший в 1814 году англичанам для подготовки – нападения на Новый Орлеан. Ямайка угрожала Панамскому каналу и для Карибского моря имела примерно то же значение, что Гибралтар для Средиземного моря.
Целью американских операций являлся захват этого острова.
Сотни плантаций табака и сахарного тростника превратились в замаскированные аэродромы, на которых были спрятаны аэропланы, боевое снаряжение и припасы.
Верховное командование в этой операции было поручено генерал-майору Сенфорду.
Переброска флота и армий, заранее обсужденная объединенным штабом всех сил, началась 29 февраля. Со всех сторон – из Кей-Веста, Тампа, Пенсаколы, Гальвестона, Тампико и Вера-Круца вышли наши суда, направляясь к Юкатанскому полуострову.
На следующую ночь воздушный флот Соединенных Штатов, состоявший ныне из двухсот эскадр и 3600 воздушных боевых единиц, вылетел на острова Куба и Гаити.
Некоторое число аэропланов неслось в Гавану. Ночной перелет происходил на очень большой высоте и прежде чем наступил рассвет, воздушный флот достиг цели своего путешествия. В течение одной ночи все сахарные и табачные плантации были сожжены и превратились в аэродромы. Тысячи рабочих привели их в порядок и приготовили для приема воздушных эскадр. Тут же после того, как воздушные силы американцев снизились, место их стоянки было замаскировано.
Командующий воздушными силами, адмирал Рамзай смог в тот же день довести до сведения правительства, что весь воздушный флот благополучно прибыл на новое место стоянки, и что, по-видимому, операция эта осталась для противника незамеченной.
В ночь на 1 февраля группа быстроходных пароходов, под прикрытием ночной темноты, вышла, в плаванье и, обогнув мыс Кап-Антонио, прибыла под прикрытием береговой полосы на остров Пинос.
Американские минные истребители продолжали крейсировать в береговых водах, тщательно следят за тем, чтобы подводные лодки противника не помешали переброске. Минных истребителей поддерживали американские летчики, кружившиеся над островом. День 2 марта прошел спокойно. Неприятель не обнаружил американских сил.
После обеда американские транспорты под конвоем флота понеслись полным ходом к Северному берегу Ямайки.
Незадолго до наступления сумерек в путь пустилась вторая флотилия с транспортами, на которые было догружено большое количество солдат.
А в ночь на третье марта, за два часа до рассвета, американский воздушный флот поднялся в воздух с шестидесяти различных аэродромов и также взял курс на Ямайку. Часом ранге в том же направлении вылетели аэропланы, размещенные на Гаити.
Я, в сопровождении капитана Ресселя и Спида, поднялся на аэроплане „Чикаго Трибюн“ и последовал за нашими воздушными силами с тем, чтобы сопровождать их в первый воздушный бой.
Битва при Ямайке началась на рассвете в в ночь на 4 марта. Под прикрытием ураганного огня, развитого нашей судовой артиллерией и воздушными силами, наши десантные суда продвинулись к берегу, наметив себе целью два важных стратегических пункта на восточном и западном побережье острова. И Монтего-Бай и Анното-Бай соединялись железной дорогой с Кингстоном, и от успеха нашего продвижения зависело очень многое.