После смерти основателя в центре города возвели колонну Юстиниана высотой 150 футов, на которой написаны имена всех первых переселенцев, изображены корабли, сцены строительства города, обработки земли, взаимодействия с местным населением и, куда уж без этого, битвы за наших союзников…
Тит, который мой друг, а не основатель Нового Рима, махнул рукой и уверенно сказал, что из-за этих событий спустя три века Империя потеряет половину земель и будет на грани гибели. Я парировал, мол, именно война за независимость Новой Римской Республики и потеря Азии привела к реформам Гая Августа Оптимума, то есть к тому миру без войн, в котором каждый человек своим трудом способен достичь высот без оглядки на происхождение, где у всех одна родина — Римская Республика. Миру, в котором мы живём. Тит лишь ответил, что наш мир далеко не идеален…
Искра нашего идеологического противостояния не успела разгореться в пожар, так как наступил первый месяц лета — июнь. Помимо того, что проклятая ненавистная зима на короткое время сдала свои позиции, это ещё и месяц рождения Тита и Авкта. Им исполнилось 18 и 19 лет соответственно. Африканец захотел себе в комнату новый большой телевизор, а здесь такое достать не проблема, в торговом центре их просто завались, причём подозрительно дёшево. При всех космических ценах Норт Аурума телевизоры здесь стоят меньше, чем в Салоне! Возможно, на них существуют какие-то особые налоговые послабления. Как бы то ни было, мы скинулись и приобрели для Авкта самую современную модель с тонким экраном.
А вот Тит в личном разговоре упоминал, что очень желает когда-нибудь достать себе лорику хамату — кольчугу времён старой Республики, основную броню легиона многие века. Я организовал сбор средств, обратился к первому центуриону с просьбой заказать броню. Хотя всё же думал, что Гай Гракх заплатит за доставку с «материка», у него же есть знакомые поставщики. Но нет, центурион через южан заказал изготовление лорики хаматы у умельца из числа местных жителей. При этом производство оружия и брони в негражданских городах — тяжёлое преступление, за которое можно отправиться в трудовой лагерь лет на десять.
Впрочем, все труды и двадцать пять тысяч собранных денариев стоили выражения лица Тита. Он чуть не расплакался от счастья и принялся обнимать всех, включая Аякса. Командир тоже растрогался, поэтому на один день разрешил занять кухню Массиниссе, как лучшему повару среди нас. Хороший получился праздник, с пивом, вином и шикарным столом. Никогда не видел, чтобы мои братья так жадно накидывались на еду.
Жаль, что на следующий день всё вернулась в прежнее русло. А на пятнадцатые сутки наказания после утомительной тренировки Аякс решил нас совсем добить. Мало нам бега, железа и боёв между собой.
— Бойцы! Сегодня вам выпала невероятная честь! — бодро, с лёгкой долей издевательства начал декан. — Вы сражаетесь против первого контуберния. Восемь на восемь. В боевой броне, со скутумами и гладиусами. Поединок пройдёт на площади лагеря. Легионер упал — легионер погиб. Если я не буду доволен вашими результатами, то всем придётся питаться бодягой Марка ещё пятнадцать суток. Выход через 10 минут. Готовьтесь!
— Декан-баран, — прошипел Массинисса, когда мы облачались в броню.
— Пиздец нам, — поддержал его второй африканец. Я понимаю их чувства. И в них скорее виноват я, чем Аякс. Поэтому именно я должен попытаться исправить ситуацию.
— Сик, не против? — спросил я у нашего ветерана. Мы собрались в коридоре, готовые к тому, чтобы получить по жопе от отборного контуберния легиона.
— Дерзай, Марк, у меня нет идей, — передал он мне лидерство в битве.
— Я знаю, что шансов у нас немного, но я буду сражаться изо всех сил. Призываю вас поступить так же, — начал я со своеобразных слов поддержки, а потом перешёл непосредственно к плану битвы. — Итак, сражаться придётся на открытой местности. Следовательно, и фланги будут открыты, поэтому битва в строгом строю просто невозможна. Это понимает и первый контуберний. Они пойдут в весьма грубую атаку, стараясь сломить нас максимально быстро.
— Может, защита? — предложил Авкт.
— Не вариант, — покачал я головой. — Если мы соберёмся аккуратным кружком, то не сможем положить на землю ни одного противника. Постоянные атаки нас вымотают и… это будет весьма позорное поражение… Единственная возможность — грамотно распределить силы, связать противников боем, отходить и маневрировать. Рикс Тацион, безусловно, самый суровый боец в легионе. И, готов поспорить, он сначала решит навалять именно мне. Сик, Авкт, вы неплохо показали себя против меня. Ему вы тоже сможете противостоять, если будете действовать сообща.