Нефритовое Кольцо разрыдалась. Фенг посмотрел на нее с беспокойством, затем сказал уставшим голосом:
— Это я во всем виноват, Ваша Честь. Она только пыталась помочь мне. Когда вы, казалось, поверили в ее историю, я не мог набраться смелости сказать вам всю правду. Я не убивал этого негодяя академика, но я понимаю, что меня будут судить за его убийство. Так как я действительно был в Красном павильоне в ту ночь, я…
— Нет, — перебил судья, — вас не будут судить за его убийство. У меня есть доказательство, что академик действительно покончил с собой. То, что вы увидели его уже мертвым, подчеркивает тот факт, что он сам убил себя. Я предполагаю, что вы пришли сюда той ночью, чтобы попросить у него объяснения по поводу его заговора с антикваром против вас?
— Да, Ваша Честь. Мои люди сообщили мне, что Вен Ян должен был подкинуть в мой дом шкатулку с большой суммой денег. Затем академик сообщил бы местным властям, что я предъявил неверные налоговые декларации. Когда я буду отрицать это, деньги будут найдены в моем доме. Поэтому, по моему мнению…
— Почему вы мне немедленно не сообщили об этом заговоре? — резко спросил судья Ди.
Фенг выглядел смущенным. После некоторого колебания он ответил:
— На Острове мы все очень связаны друг с другом, господин. И нашей традицией было улаживать все ссоры между собой самим, мы находим… неудобным беспокоить посторонних людей нашей местной враждой. Может быть, это не верно, но мы…
— Это, безусловно, неверно! — сварливо перебил судья. — Продолжайте ваш рассказ!
— Когда мои люди сообщили мне план Вен Яна против меня, Ваша Честь, я решил пойти к академику. Я хотел открыто спросить его, что он, сын выдающегося человека, которого я знал очень хорошо, имеет в виду, принимая участие в подлом заговоре против меня. В то же время я хотел призвать его к ответу по поводу его нападения на мою дочь на джонке. Однако, по дороге сюда я встретил Вен Яна в парке. Было очень странно, так или иначе эта встреча напомнила мне другую ночь тридцать лет назад, когда я встретил Вена по дороге сюда. Я шел, чтобы увидеть Тао Квэнга. Я сказал Вену, что его предательские планы мне известны, и что я собираюсь поговорить об этом с академиком. Вен Ян рассыпался в извинениях. Он признал, что в момент слабости он обсуждал с академиком план о вытеснении меня с моего поста. Поскольку академик явно срочно нуждался в деньгах, он сначала согласился. Но затем он, по той или иной причине, передумал и сказал Вену, что план рухнул. Вен настоял на том, чтобы я пошел и поговорил с академиком. Он бы подтвердил его слова.
Когда я вошел к нему в комнату, я увидел, что мое смутное предчувствие было правильным, — продолжал он, — академик сидел здесь, откинувшись на стуле, мертвый. Знал ли об этом Вен, хотел ли, чтобы меня застали с мертвым телом и обвинили в убийстве? Тридцать лет назад я подозревал Вена в подобном плане, а именно: он хотел, чтобы меня обвинили в убийстве Тао Квэнга. Затем я вспомнил, как то старое убийство было инсценировано как самоубийство и решил применить такой же трюк. Остальное было в точности так, как я рассказал Вашей Чести сегодня днем. Когда было установлено, что академик убил себя из-за неразделенной любви к Осенней Луне, я рассказал моей дочери все. Это заставило ее решиться на импульсивную попытку скрыть мои тайные действия с умершим, — он откашлялся и продолжал печально, — не хватает слов, чтобы выразить, как я сожалею обо всем этом, Ваша Честь. Никогда в жизни я не чувствовал такой стыд за себя, когда я вынужден был поддержать ошибочную версию перед Вашей Честью относительно последних записей академика. Я действительно…
— Я не обращаю внимания, когда из меня делают дурака, — сухо заметил судья Ди. — Я привык к этому, подобное со мной случается нередко. Однако, к счастью, я обычно обнаруживаю это, пока еще не поздно. Дело в том, что последние записи академика действительно относятся к Осенней Луне. Но он не убивал себя из-за нее.
Судья откинулся в кресле. Поглаживая свою длинную черную бороду, он продолжал медленно:
— Академик был человек большого таланта, но по натуре холодный и расчетливый. Успех пришел к нему слишком скоро, он просто свалился ему на голову. Он стал академиком и хотел взлететь еще выше и быстрее. Но для этого ему нужно было много денег, а у него их не было, так как имущество семьи уменьшилось из-за плохих урожаев и безрассудных спекуляций. Поэтому он разработал вместе с вашим старым врагом Вен Яном план доступа к потрясающему богатству Райского Острова. Десять дней назад он, властный и уверенный в себе, приехал сюда осуществить этот план. Когда он увидел вашу дочь той ночью на джонке, его глупая гордость была задета ее отказом, и он попытался изнасиловать ее. Когда антиквар пришел встретить его на причал, он все еще был раздражен ее резким отказом и приказал Вену помочь ему завладеть вашей дочерью, напоминая ему, что скоро вы будете арестованы и отправлены в столицу по обвинению в неуплате налогов. Вен тогда осмелел и предложил, как он может заставить вашу дочь одарить его своим расположением. Этот подлый антиквар увидел здесь и для себя возможность нанести вам личный удар.