Сняв с левета одну из камер, Корт и Атар тоже направились на второй уровень модуля управления.
После кухни, все собрались в каюте капитана, что, собственно, он и предложил.
Атар, по его мнению, показал лишь самое интересное видео: охоту многоножки и мохнатое животное.
Вирт остался доволен увиденным, Валл'Иолет, лишь дёрнул плечами.
- Несомненно, мы нашли, то что искали. – Заговорил Вирт. – Планета пригодна для проживания и есть все предпосылки, чтобы в недалёком будущем основать здесь колонию. Она недалеко и у нас будет возможность организовать быструю доставку сюда колонистов и всех необходимых грузов. Полтора года – ничто. Это всё равно, что улицу перейти или сходить в магазин, в соседнем доме, за продуктами. Можно сказать – нашей цивилизации неслыханно повезло, что рядом с нами оказался пустой и уютный дом. Будет огромной ошибкой, если мы его не займём первыми.
- А кто-то на него ещё претендует? – Произнёс Корт, выгнув брови.
Голова Вирта дёрнулась в сторону капитана, но он тут же повернул её в сторону Корта.
- Я уверен, что мы не одни в нашей галактике. – Он, вдруг, плотно сжал губы и состроив непонятную гримасу, умолк.
- У сменяя большие сомнения, насчёт уюта в этом доме, господин Вирт. – Произнёс Атар.
Все повернули головы в его сторону.
- Что тебе здесь не нравится? - Поинтересовался Корт.
- Атмосфера. Пройдёт не одна сотня лет, а может и тысяча, прежде, чем процент аммиака снизится настолько, что он перестанет ощущаться. А на том континенте, где болота, думаю, вообще не продохнуть.
- Вот и работа для тебя. Ты же терроформист. Оставайся и приводи атмосферу в порядок. – С широкой улыбкой произнёс Корт.
- Никто тут оставаться не будет. – Вирт махнул рукой в сторону пилота. – Здесь три континента. Десять дней на один континент, думаю, вполне достаточно. Итого: тридцать дней. Один, уже пройден. – Он повернул голову в сторону Валл'Иолета. – Вы согласны со мной, господин капитан?
- Вам решать. – Валл'Иолет мотнул головой.
- Значит достаточно. – Вирт глубоко вздохнул. – Здесь, значит, осталось девять. Завтра иду я и господин капитан. Вы на хозяйстве. После завтра, идёте вы.
- Не мешало бы отловить эту многоножку и в зоопарк Гитты её. – Произнёс Корт.
- А кормить полтора года, ты её чем будешь? Сам к ней в клетку залезешь? – Атар рассмеялся.
- Мы её усыпим.
- Исключено! – Капитан мотнул головой. – Никого и ничего на корабле быть не должно.
- Но что-то из флоры… - С долей мольбы в голосе, произнёс Вирт.
- Нет! – Голос капитана зазвучал резко и категорично. – Принесёте – выброшу самих! Снимайте, сколько хотите.
- Континенты большие. Далеко ли на левеете ускачешь. Каждый день елозить по одной территории? – Состроив гримасу, Атар покрутил головой.
- Вместе с обследованием территории и присматриваем посадочную площадку. Как только появится, будем перебазироваться. – Вирт опять перевёл взгляд на капитана, но тот лишь молча пожал плечами. – Значит, решено. А теперь, спать. - Повернувшись, Вирт вышел из каюты капитана и направился в свою, по соседству.
***
Двадцать девять дней пролетели будто один. Исследователи, практически, не вылезали из левета, носясь в нём по континентам с раннего утра, до позднего вечера, все свои путешествия снимая на стерео. Ничего приносить в корабль капитан не разрешал: ни единого листочка, ни единой травинки, заставляя гиттов ежедневно, не только чистить левет и выдувать пыль из ангара, но чистить одежду и обувь, вызывая у них немое недовольство.
Новых посадочных площадок нашлось большое количество и потому проблем с перебазированием корабля не было.
Все три континента, разительно отличались друг от друга. Горный, где корабль совершил первую посадку, был самым контрастным. Он был самым маленьким из трёх, имел форму огромного неправильного овала и имел на себе, пожалуй все климатические зоны: от жарких тропиков юга, до холодной зоны севера, где лежал вечный снег. Он имел две гряды гор: южную и центральную. Центральная гряда, как бы делила континент пополам: на тёплую половину – южную и холодную – северную, куда, почти не проникали тёплые воздушные потоки и где было постоянно холодно, что сказывалось на флоре и фауне. Деревьев там было мало, в основном, лишь, низкорослая жёсткая трава и стелющиеся над ней низкорослые кустарники. Все животные имели очень толстые шкуры, с очень длинным мехом. Птиц, в холодной зоне, почти не было. Почти не было и рек, лишь несколько небольших, идущих вдоль горной гряды.
Южная же часть материка была намного привлекательнее. Она имела два огромных моря, с десяток разновеликих озёр и большое количество рек, сбегающих с гор и затем разбредающихся по лесам и низменностям континента, неся свои воды в моря и озёра. Вдоль южной гряды простиралась огромная пустыня, с, казалось, нескончаемыми песчаными бурями, которые шли по ней какими-то странными кругами, будто выход им из пустыни был запрещён каким-то неведомым могущественным колдуном. И даже был один действующий вулкан, который неспешно курил рядом с пустыней, периодически выпуская из себя небольшие струйки серо-бурого дыма.