- Но ему нужно учиться. - Лет поднял плечи. - Я хочу чтобы в будущем, он стал капитаном космического корабля. Когда-то я уйду и кто-то должен занять кресло капитана "Спирай". Я хочу, чтобы это был он. Ты сможешь дать ему такое образование? Ответ очевиден. В лучшем случае, у тебя он будет охотником. - Он покрутил головой. - К тому же, он сын Ол'Итты и я не уверен, что мой. У него нет психотронного поля, которое есть у меня и должно быть у него. Но у него, его нет. У Янены, хотя и слабое, психотронное поле есть и потому, она моя дочь. А Валл'Иолет... - Лет опять покрутил головой.
Смахнув висящие на щеках слезы, Тан'Сатта поднялась.
- Ты говорил, что гитты предлагают одной из женщин принять участие в их экспедиции к Толлоне. Я согласна. – Тихим, каким-то отрешённым, голосом произнесла она и резко повернувшись, вышла из номера.
***
Как Лет ни старался ускорить дела цивилизации толлонов, но они цепляясь за него подобно колючкам, никак не отпуская из столицы гиттов.
Гудониони затеял торжественное мероприятие по подписанию договора дружбы между двумя цивилизациями, которое транслировалось по стерео. Мероприятие растянулось на трое суток. Так как Тан'Сатта отказалась от лидера делегации и потому пришлось искать нового конвента.
После того бурного разговора с Летом, Тан'Сатта, совершенно, никуда не выходила из своего номера, отказывалась видеть даже Валл'Иолета и даже еду стюарды приносили ей в номер.
Других женщин Лет знал плохо и потому право избрать лидера он предоставил им самим. Он не имел понятия, какова была дискуссия между ними, но имя лидера он узнал лишь через несколько часов – им стала Анн'Ритта, самая старшая и самая большая из женщин делегации, с несколько грубоватыми чертами лица. Он знал о ней лишь то, что она была хорошим охотником и с охоты всегда возвращалась с добычей, даже когда охотникам-мужчинам не везло. Собственно, Лету было всё равно. Он хотел лишь одного: поскорее уйти из столицы на космодром, чтобы заняться загрузкой грузовика и подготовкой к старту.
Регистратор подписывать договор отказался: как сообщил Гудониони, он безвылазно сидел в своей загородной резиденции и чем занимался, Гудониони не знал, так как ему доступ в резиденцию был закрыт, а сама она охранялась усиленным подразделением верных Регистратору десантников. Да и сам Гудониони после своей речи перед цивилизацией передвигался по планете в специальном бронированном левете, в сопровождении внушительной охраны. Гудониони договор подписывать не имел права и потому его подписывал старейший старшина Регистра.
Договор подписывался в самом красивом зале Регистра, так называемом Алмазном зале, сияющим богатством и роскошью. По словам Гудониони, он был специально отделан для приёмов инопланетных делегаций, чтобы показать величие цивилизации гиттов. Но величие цивилизации резко пошло на убыль, а зал всё же сохранился.
Чтобы хотя бы как-то показать величие делегации толлонов, Лету пришлось заказать для Анн'Ритты специальное платье в самом лучшем ателье столицы. Модельеры ателье трудились двое суток, но платье получилось, действительно великолепное: строгих тёмных тонов, расшитое драгоценными камнями, сверкающими всеми цветами в лучах света при каждом движении Анн'Ритты. К платью прилагалась расшитая золотом алая лента через плечо и алмазное ожерелье, благо, драгоценных камней в столице Гитты оказалось предостаточно. Анн'Ритта была великолепна и даже её грубые черты лица, как-то сгладились в блеске украшений.
Церемония продлилась несколько часов и даже, практически, не знавший усталости Лет, к её исходу, чувствовал тяжесть во всём своём носителе. Из женщин-толлон на церемонии не присутствовала лишь Тан'Сатта. Лет переживал, что Валл'Иолет не выдержит, но сын стойко отстоял всю церемонию, не подав ни малейшего вида усталости.
Старейший старшина Регистра выступил с пространной речью об истории цивилизации Гитты. Анн'Ритта тоже оказалась знающей женщиной и рассказала немало интересного, даже для Лета, из истории цивилизации толлонов.
После церемонии был банкет, который продлился до полуночи. На банкете Лет сидел в окружении Тарова и профессора Норманна. Норманн уже был стар и грузен и видно было, что передвигался с трудом, но всё же откликнулся на приглашение Лета. К тому же, ему самому был интересен результат некогда проведённой модернизации конвертора и о которой он уже и перестал даже вспоминать. Лет удовлетворил любопытство профессора. Проговорили он весь банкет, забыв об окружающих, будто были здесь лишь втроём.