Какая-то она заторможенная. Видимо, нужно полное внедрение в её информационное поле. Всплыла у разума Лета озабоченная мысль. Иначе я не смогу совершить посадку. Но я ведь до этого ещё ни разу не занимал чужой носитель. А что делать с её разумом? Навряд ли он даст мне нормально работать. Его придётся как-то нейтрализовать. А если он умрёт? Хаара! Раньше нужно было практиковать. У меня есть выбор? Или все погибнем или она одна.
По информационному полю разума Лета прокатилась волна досады и он скользнул внутрь информационного поля Анн'Ритты.
Чужой разум вздыбился. Тысячи образов калейдоскопом завертелись в информационном поле разума Лета, словно пытаясь закружить его. Непонятные энергетические сгустки начали больно жалить, заставляя его непроизвольно дёргаться, создавая ещё больший хаос.
Да успокойся ты. Попытался разум Лета распространить мысль покоя по чужому информационному полю, но скорее всего его намерение не было понято и чужой разум с ещё большим остервенением принялся противостоять его разуму.
Сам напросился. Отправил разум Лета в адрес чужого информационного поля колючую мысль и двинул своё психотронное поле навстречу чужому разуму, пытаясь блокировать его.
Чужой разум принялся остервенело тыкаться в блокирующее его поле и вдруг, видимо, осознав свою безысходность, угас.
Разум Лета, полный недоумения, убрал своё поле, намереваясь дать свободу чужому разуму, так как он, совершенно, не хотел его гибели, но его не было, лишь какие-то крошечные энергетические сгустки скользили по опустевшему информационному полю, лопаясь, подобно мыльным пузырям и крошечными блёстками растворяясь в пустом пространстве…
***
Лет открыл глаза и крутанул головой по сторонам – он сидел в зале управления грузового лейтера, в кресле капитана. В соседнем кресле сидела Китт'Марра с сыном на коленях, уставившись в него большими круглыми глазами с ярко светящимся жёлтыми ободками. Малыш заметно подрос, что говорило, что проведённое Летом время в мире эллов равнялось не одному десятку дней времени его трёхмерного мира.
- Мне уже лучше. – Заговорил Лет чужим, непривычным голосом, поняв состояние толлоны. – Это от волнения. Будем садиться. Надеюсь – получится.
Он отвернулся от Китт'Марры и скользнул взглядом по экрану вивв – корабль скользил по орбите достаточно интенсивно вращаясь. Он ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления – ему навстречу тут же скользнул штурвал. Взявшись за него, Лет принялся стабилизировать корабль и когда вращение прекратилось, двинул акселератор вперёд и наклонил штурвал, направляя грузовик в атмосферу Вирты…
***
Лет вёл грузовой корабль к тому же плато, где прежде стоял дифферент. Над плато была примерно середина дня. В нижней части экрана вивв скользил посёлок, но выглядел он как-то странно: дома стояли в густых зарослях травы и деревьев, будто жителям посёлка было безразлично состояние их территории, да и самих колонистов не наблюдалось.
Сердце нового носителя Лета сжалось в тревоге. Он повернул голову в сторону Китт'Марры – толлона сидела откинувшись в кресле, крепко прижав к себе сына и уставившись в экран вивв немигающим взглядом. Состроив невольную гримасу, Лет отвернулся и тоже уставился в экран.
Посадка, была, практически идеальной, будто это было не изрезанное плато, а поверхность космодрома. Качнувшись, грузовик выровнялся и замер.
Жёлто-коричневое плато было пустынно. Вдали, через каньон, на втором плато, блестя в солнечных лучах, стоял "Спирай". Вокруг него, на плато, наблюдалось какое-то непонятное шевеление, будто на ветру шевелилась сама коричневатая каменная поверхность плато.
Озабоченный столь странно метаморфозой, Лет вызвал врезку на экран и насколько возможно, увеличил в ней изображение, по спине его нового носителя пробежал неприятный холодок – каменное плато было усеяно какими-то странными коричневыми существами на тонких высоких ногах. Они без конца сновали туда-сюда, создавая эту странную волнующуюся картину, будто что-то ища на плато. Трап "Спирай" был убран и видимо понимая, что внутри корабля для них есть что-то съедобное, существа проворно запрыгивали на опоры корабля, но скользя по их гладкой поверхности, вновь оказывались на плато.
- Хаара! – Невольно прошелестели губы Лета.