Через час они сидели в помещении с более понятным назначением, вокруг небольшого фонтанчика, рабы разливали им напитки, а Клэрион Сунг уже оделся. Фонтан стоял в центре обширного внутреннего дворика у дома бандита, и Вун пообещал никому из путников не причинять вреда.
– Похоже, татуировки много значат для вашего народа? – спросил Рэндалл, который не мог отвести взгляда от зеленых чернильных рисунков, покрывающих шею бандита.
– Не груби, мальчик мой, – произнес Ута, отпивая вино из кубка.
– Ничего, – отмахнулся Клэрион. – Я не против того, чтобы юноши задавали вопросы. Татуировки – наследие той поры, когда я был среди Псов. У нас нет знаков отличия на броне, и тот, кто служил долго, предпочитал вырезать их на своем теле. Каждая татуировка обозначает битву или выполненное задание.
– Я не знал, что кто-то смог оставить службу у Псов, – произнес Ута. Когда в желудок к нему попал алкоголь, он наконец смог расслабиться.
– Это происходит очень редко. – Клэрион улыбнулся, будто за его выживанием среди армии заключенных Каресии была какая-то интересная история. – Мое пожизненное заключение… сократилось.
Вун не стал садиться, а остался стоять рядом с бандитом, бросая в фонтан мелкие камушки. Он не снял с перевязи копье и не стал пить предложенное вино.
– Клэрион – верный последователь Джаа, – сказал он. – Такие люди нужны в наше непростое время.
– Я слышал, в этих краях происходит что-то вроде возрождения Мертвого Бога, – заметил Ута.
– Огненный Гигант все еще повелевает Каресией! – вскинулся на него Вун, в первый раз выказывая раздражение. – Вероломная измена Семи Сестер не останется безнаказанной. Они снесли святыни Джаа, запретили поклоняться ему, превратили Черных воинов в своих слуг и построили на огненной земле темные алтари щупальцерукого бога! – Он опустил голову и глубоко вздохнул. – Простите меня. Я целый год не слышал голос своего бога – с тех пор, как Семь Сестер убили последнего потомка древней крови Огненного Гиганта.
– Последнего… – начал Ута.
– Теперь ты последний. Один был у раненов – его недавно убили. Еще один потерялся в Джекканских пустошах. – Вун говорил о странных вещах, от которых у Рэндалла разболелась голова, хотя и Рут, и Ута слушали со всем вниманием. – Ты последний. Только через тебя я смогу поговорить с Джаа.
– И как мне тебе помочь? – спросил Ута. – Я должен идти на юг, там лестница, лабиринт и страж. Вот все, что я знаю, и откуда я узнал это – загадка даже для меня самого.
– Тогда я пойду с тобой, – сказал Вун, – и сам помогу тебе, если смогу. Мы желаем одного и того же, брат Ута.
Бывший священник и последний потомок древней крови поднялся с кресла, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул и сделал большой глоток вина. Немного успокоившись, он снова заговорил.
– Чего я желаю? – вопросил он. – Я желаю… выжить. Я хочу узнать, кто я такой. Хочу вернуть прежний Тор Фунвейр. Я понимаю, что я такое, но, боюсь, меня нужно направлять. – Он посмотрел на Рут, слабо ей улыбнувшись. Она ответила ему тем же. – Но я никогда не говорил с иным богом, кроме собственного.
– Это было до того, как ты узнал о своей сути, – произнес Вун. – Я генерал Огненного Гиганта в Долгой Войне, и я прошу тебя о союзе.
– А я, со своей стороны, дам вам разрешение на передвижение по Каресии, – вставил Клэрион с ухмылкой, отхлебнув вино. – Простите, я всего лишь хотел поддержать непринужденное общение.
– Ты говоришь прямо как мой оруженосец, – заметил Ута, пытаясь не улыбнуться на его фразу. – Он тоже часто говорит глупости невпопад.
Рэндалл с негодованием нахмурился.
– Из нас двоих я самый рассудительный, – заявил Ута каресианцам, – из-за чего меня часто смущают чужие сказанные невпопад глупости.
– Шутки в сторону, – начал Вун, – нам предстоит долгий путь и множество врагов, которые захотят нам помешать.
– Кроме Семи Сестер? – уточнил Ута.
– Их союзники управляют Каресией. Черные воины и визири медленно переходят в паству Мертвого Бога, – заметил Вун. – С каждым днем остается все меньше истинно верующих в Джаа.
– Вун скрывается, но я всегда на виду, – сказал Клэрион. – Паранойя стала в Кессии нормой жизни, и я не смогу долго скрывать свою веру.
– Нам нужно послушаться избранника, – заявила Рут с уважительным кивком в сторону Вуна.
– Хм-м, – вмешался Рэндалл, подняв руку. – Я вообще-то понятия не имею, кто такой избранник. – Все присутствующие посмотрели на него. – А ведь это может оказаться важным… в определенный момент.