Направляясь в свой кабинет, он прошел под аркой и застал там Майкла и сэра Адриана, профессионального писаря, занятых бумажной волокитой. Оруженосец чопорно поднялся и отвесил поклон, а Адриан невозмутимо продолжал писать.
Увидев Майкла, капитан не удержался от счастливой улыбки. Парню удалось выжить, и сейчас он не лежал во дворе среди трупов. Красный Рыцарь вопросительно посмотрел на своего помощника.
— Два сломанных ребра. Еще хуже, чем тогда, когда я попытался прокатиться на жеребце отца, — уныло заметил юноша.
— В подобных обстоятельствах, когда мы воспринимаем мужество и отвагу как нечто само собой разумеющееся, твой храбрый поступок достоин уважения, — похвалил его капитан.
Щеки Майкла зарделись.
— Безрассудно, — продолжил Красный Рыцарь, положив руку на плечо оруженосца, — и необязательно, но очень храбро.
Радость юноши от этих слов не уменьшилась. Капитан вздохнул и подошел к столу, заваленному горой свитков и трубок. Он заметил обновленный список солдат, который составлялся перед началом каждого месяца, а завтра — первое мая.
Почему он не решился рассказать ей, за что так проклинает Бога? Люди часто ведут себя глупо, хотя за ним раньше такого не наблюдалось.
Он пробежался по списку. Тридцать одно копье — тридцать, поскольку со смертью Хьюго его копье было расформировано. Ему нужен был толковый офицер, только вряд ли можно найти подходящего человека так близко к землям Диких. Но должны же быть здесь местные рыцари — младшие сыновья, мечтающие о великой победе, или нуждающиеся в наличных, или же пытающиеся избежать ответственности за беременность подруги.
Бумажная работа порядком утомила его. В любом случае ему нужно больше людей, предстоит решить, что делать при следующем приближении Диких.
— Мне нужно переговорить с Плохишом Томом, как только он сможет. И лучниками, которые были вчера на стенах. Кто ими командовал?
Майкл глубоко вздохнул. Капитан вспомнил, как сам когда–то сломал пару ребер и проверял подобными вздохами, насколько еще ощутима боль под тугой повязкой.
— Командовал Длинная Лапища. Он уже проснулся, я видел его жующим.
Майкл поднялся.
— Пусть придет вместе с Томом, если тот уже может покинуть лазарет. — Слегка дрожащей рукой капитан подписал командный список, лежавший на столе. — Приведи их, прошу.
Майкл замешкался, и Красный Рыцарь с трудом сдержал негодование.
— Что?
— Что… Что случилось прошлой ночью? Похоже, все считают, мы одержали великую победу, но я даже не знаю, чего мы добились. Кроме того, что убили пару виверн, — заявил он с обезоруживающей непосредственностью, столь присущей молодежи.
Капитану хотелось крикнуть что–то вроде: «Мы убили двух виверн, никчемный щеголь!» Но он понимал, о чем размышлял парнишка, хотя и не стал говорить вслух.
Красный Рыцарь осторожно опустился на раскладной стул с низкой спинкой и серповидными, перекрещивавшимися под сиденьем ножками. На нем лежала подушка из красного бархата, так и манившая его. Он с удовольствием откинулся на спинку.
— Ты спрашиваешь как помощник капитана или оруженосец?
Майкл приподнял брови.
— Помощник капитана.
Губы молодого мужчины тронула чуть заметная улыбка.
— Хорошо, тогда скажи, чего, по–твоему, мы добились?
Парень хмыкнул.
— Так и знал, что этим все и закончится. Ну ладно. Весь день мы отправляли отряды, чтобы перевезти в крепость всех крестьян. Тогда я не понял зачем, но за ворота выехало намного больше отрядов, чем вернулось.
— Все верно. За нами все время следили, но из зверей и птиц выходят не слишком хорошие шпионы. Обладаешь ли ты силой?
Оруженосец пожал плечами.
— Я изучал ее, но не умею удерживать все эти образы в голове. Все эти чары.
— Если поймать животное и связать его своей волей, то можно смотреть его глазами — это могущественное заклинание, но по сути лишь напрасная трата сил. Поскольку сначала тебе нужно подавить волю другого живого существа, что само по себе требует больших усилий, затем необходимо напрямую управлять им. А в нашем случае управлять на расстоянии.
Майкл внимательно слушал капитана, его это все очень заинтересовало. Даже сэр Адриан перестал писать. Красный Рыцарь посмотрел на него, и писарь, качнув головой, начал подниматься из–за стола.
— Извините, — пробормотал он. — Просто раньше при мне никто никогда не обсуждал подобные вопросы.
Капитан смягчился.
— Останься. Это часть нашей жизни и один из способов ведения войны. Мы используем разведчиков, потому что у нас нет мага, который мог бы управлять птицами. А даже если бы и был, я бы все равно предпочел людей. Они могут выслеживать, докладывать и делать определенные выводы, например касающиеся численности противника. Разведчик всегда скажет, что уже несколько дней подряд видит одних и тех же трех лошадей. Птица же сделать этого не может, а восприятие самого мага того, что видит птица, проходит через… что–то.